Невеста Льва

Ариана уже вздохнула с облегчением, думая, что самое неприятное позади, но тут, почувствовав, что она расслабилась, Лайон решительно атаковал ее и уничтожил девственную защиту. Ариана пронзительно закричала, вонзив ногти в спину мужа. Лайон застыл, ожидая, когда ее боль утихнет.

— Самое страшное уже позади, радость моя, — прошептал он, убирая влажные от пота волосы с ее лба.

Надеясь, что первый шок от боли прошел, Лайон начал осторожно двигаться. И хотя у Арианы еще саднило все внутри, она испытала скорее чувство удовольствия, нежели неприятные ощущения.

И только когда его возбуждение передалось ей и она начала приподнимать бедра навстречу ему, Лайон увеличил темп. Его толчки внутри ее лона становились все интенсивнее, все мощнее. Это испугало Ариану. Искаженное страстью лицо Лайона внушало ей страх. Она больше не испытывала удовольствия от соития, и Лайон заметил это, но уже не мог остановиться — он слишком долго сдерживался.

Лайон поклялся себе, что в следующий раз его жена получит наслаждение от занятия любовью.

Он хрипло, прерывисто дышал. Ариана почувствовала, как его тело напряглось, и в следующий момент он излился в нее. Через мгновение Лайон упал рядом с ней на постель, его разгоряченное тело было влажным от испарины.

Ариану охватило негодование. Ее привела в бешенство мысль о том, что Лайону удалось разбудить в ней страсть, заставить наслаждаться его ласками. И лишь острая боль привела ее в себя, вернула к суровой действительности.

Она резко села на кровати и набросилась на Лайона с обвинениями и упреками.

— Нормандский ублюдок! — воскликнула она в конце своей путаной речи.

Молча выслушав ее, Лайон силой уложил Ариану снова на постель. Его лицо потемнело от гнева. В этот момент он был похож на дьявола, явившегося из преисподней, или на дикого разъяренного зверя, готовящегося к прыжку.

— Да, я — действительно ублюдок, — сквозь зубы процедил он, не сводя сердитого взгляда с жены, — и не отрицаю этого.

Всем известно, что я незаконнорожденный. Всю свою жизнь я нес эту печать позора. Но с тех пор как я вместе с Вильгельмом явился в Англию, все изменилось. Теперь я — уважаемый человек, знаменитый воин, владелец прекрасного замка и обширных плодородных земель. Моя жена принадлежит к знатному древнему роду. Наши дети будут правителями этой прекрасной земли. Они станут защитниками Англии и наследниками славы воинов Вильгельма.