— Тебе не понравилось что? Минет, вкус спермы, я слишком разогнался… Что?!
— Мне все понравилось, правда. Просто, — мнется она, стараясь увести от меня взгляд. Не даю. Начинаю медленно целовать ее губки, требовательно кусая то верхнюю, то нижнюю. — У меня такое ощущение, что ты меня еще раз девственности лишил. Это надо осмыслить, — смущенно улыбается. Пружина, успевшая натянуться внутри меня, начинает распускаться.
— Практически так и есть, — с облегчением улыбаюсь. — Мы обязательно повторим, но медленнее, чтобы ты прочувствовала и распробовала.
Сегодня тебе придется выдержать меня вот таким, — улыбаюсь, потираясь об ее живот членом.
Она с трудом выдерживает мой напор. Не даю ей думать, не даю прийти в себя и все же срываю несколько громких стонов с ее губ. Пока сдержанных, смущенных. Она все время старается их гасить, не понимая, как это красиво.
Ритка отрубается без сил прямо в том положении, в котором я ее оставил. Лежа на животе и без подушки. Осторожно стираю с ее поясницы следы нашего секса, накрываю простыней и ухожу курить.
Сладко потягиваясь, смотрю на ночной город и запрещаю себе думать. Вообще на любые темы. Иначе это до утра, а мне надо бы поспать.
Утром собираюсь на работу. Ни хрена не выспался, но настроение отличное. Рита спит еще, она проснется еще не скоро. Вымотал я свою девочку. Она за ночь перевернулась то только один раз, уперев попку мне в пах.
Глянув в зеркало на свою довольную рожу, спускаюсь к машине, кивнув на парковке соседу.
В клинике меня встречают напряженными взглядами.
Девочка с респешена шепчет, что здесь мой отец. Подбираюсь, выдыхаю и иду к лифту. Прохожу по коридору. Моя бывшая любовница выбегает из моего кабинета с красными глазами и распухшим носом.
— Что происходит? — вхожу в кабинет. Отец сидит за моим столом.
— Кадровые перестановки, — жестко усмехается он. — Ты зря приехал, Радомир. Ты здесь больше не работаешь. И подстилка твоя уволена. Пусть скажет спасибо, что по заявлению, а не по статье.
— Отец, ты перегибаешь! Это все внутри семьи, не надо втягивать сюда левых людей.
— Перегнул ты, когда решил утопить всю семью ради удовлетворения собственной похоти. — Вон пошел отсюда. Чтобы ни к одной из наших клиник даже не приближался. Да и в другие тебя не возьмут. Мои люди уже работают над этим. Удачи, сынок, — выплевывает с пренебрежением.
Глава 38
Маргарита
Я практически не вижу его уже неделю. Рад уезжает рано утром, возвращается глубоко за полночь и ложится спать, игнорируя ужин.
