Пассажирские стекла разбиты с обеих сторон, на оплетке руля красные отпечатки его пальцев. Кровь? Боже, это его кровь?!
— Я с тобой поднимусь, — Лекс тоже осматривает автомобиль брата. — Суки, — тихо рычит он. — Не так должно было быть!
— Что должно было быть, Лекс? — испуганно смотрю на него. — Это тоже ты?
— Больная?! — рявкает он. — Пойдем!
Мы вместе поднимаемся в квартиру. Все произошедшее со мной этой ночью отходит за задний план. Меня топит страхом за любимого мужчину. Ключи удается найти не сразу. Алексей забирает их у меня и сам открывает дверь.
Вижу, что он что-то знает, а еще очень нервничает.
От мазков крови на стене в прихожей мне становится плохо.
— Рад! — орет Лекс. — Брат, ты здесь?
— Мамочка… — нахожу своего мужчину на диване. Лекс тоже видит. Мы одномоментно подбегаем к нему.
Бледный. Лицо разбито, пальцы в крови и совершенно непонятно, целые ли они. Он тяжело дышит и не открывает глаза.
— Посиди с ним, я уже звоню в скорую, — Лекс проводит ладонью по грязным волосам брата и отходит с телефоном в сторону.
— Это не я, Рита, — закончив разговор, возвращается ко мне. — Наша ночь с тобой — моя месть ему, а это не я.
Глава 41
Маргарита
Мне кажется, я схожу с ума. Медленно, но очень уверенно. Обняв себя руками, сижу в отделении больницы, куда привезли Радомира и жду вердикта врачей. Снимки, узи, анализы. Его экстренно обследуют на предмет внутренних и внешних повреждений. Алексей все время кому-то звонит, матерится, курит и сам говорит с медиками.
— Пей, — младший Яровский вкладывает мне в руку две таблетки и стакан воды.
— Я из твоих рук больше ничего ни есть, ни пить не буду. Не подходи ко мне, — с трудом выдавливая из себя слова, отворачиваюсь от него.
— Это медсестра дала. Успокоительное. Пей.
— Я же сказала, не буду! — швыряю ему в лицо таблетками.
Хмыкнув, уходит. Ловит врача, идущего по коридору со снимками и простой бумажной папкой. Поднимаюсь, иду к ним. Я хочу все услышать сама. Ни единому слову Лекса я больше не верю. От меня все еще воняет им.
Кажется, что это чувствуют все окружающие. Мерзко и страшно за Рада. Последнее пока перетягивает на себя, поэтому я внимательно слушаю врача, впитывая каждое слово.
— Сразу исключили внутреннее кровотечение. На теле серьезные гематомы от ударов. Сотрясение, сломан нос, трещины в ребрах, закрытый перелом правой руки и двух пальцев.
— Охренеть, — Лекс проводит ладонью по волосам. — Как он до дома доехал?
— Шок, — поясняет доктор.
— К нему можно? — подаю голос.
