Да и я привык, но нет у нас вариантов остаться. Мои финансовые резервы не бесконечны. Работы нет, а поездка и обустройство в новой стране влетят в копеечку.
Мы смотрим с ней фильм по первому попавшемуся каналу и засыпаем в обнимку на диване. Утром я встаю раньше, ухожу курить на балкон и набираю младшего брата. Звонил ему из больницы и вот сейчас со мной снова говорит робот. Где носит этого идиота? Опять вляпался?
На мой пояс ложатся тоненькие Риткины ручки. Прижимается щекой к моей спине.
— Кому звонил? — спрашивает тихонечко.
— Брату.
Ее руки, обнимающие меня, напрягаются на секунду, а потом и вовсе плавно скользят, исчезая.
— Я пойду, завтрак нам приготовлю, — говорит она и сбегает. Иду за ней.
Ловлю у кухонного стола и прижимаю к себе, убираю волосы на одно плечо и медленно веду губами по шее к ушку, касаюсь языком местечка прямо за ним. Она шумно выдыхает и медленно оттаивает.
Вжимаясь в ее попку эрекцией, забираюсь под домашнюю маечку, накрываю ладонью грудь, сминаю, массирую, тру вставший твердый сосочек.
— Моя девочка, — веду раскрытой ладонью по животу, добираюсь до трусиков. — Ты от меня так даже в самый первый раз не закрывалась, — выставляю вперед колено, развожу ее бедра немного в стороны и ныряю ладонью в трусики.
Поглаживаю ее по мягким нижним губкам, слегка надавливаю, прислушиваясь к дыханию.
— Пустишь? Я очень соскучился, — жарко шепчу ей на ушко, ласкаю его языком, одновременно раскрывая ее пальцами и выводя плавные круги по горячей, нежной коже.
Она откидывает голову мне на грудь, а я жалею, что только одна рука у меня сейчас рабочая.
Отпустив ее на мгновение, освобождаю член от одежды, давлю малышке на поясницу, чтобы прогнулась. Она оттопыривает попку, упирается ладонями в столешницу. Отодвигаю вбок ее трусики, пристраиваю стояк и со стоном провожу по влажным складочкам. В нос ударяет запах ее женственности. Сладкий, тягучий, густой. Затягиваюсь им, как самой дорогой сигаретой, пропуская глубоко в легкие.
Одним ударом бедер погружаюсь в горячую тесноту до отказа. Мы синхронно стонем и замираем. Отвыкла же… Даю ей немного времени заново привыкнуть ко мне внутри и начинаю вколачиваться в свою девочку, постоянно меняя темп. Дразню ее, выбиваю тихие, несмелые стоны и первую просьбу: «Еще… Пожалуйста, Рад… Еще…»
Довожу ее пальцами и усиливаю оргазм, вдавившись в ее тело до упора. Она так дрожит на мне, что сдерживаться становится невыносимо трудно.
