А она у меня дома опять щеголяет в моей рубашке на голое тело, стараясь повторить блюдо на ужин из ролика в интернете. Уезжать вообще не хотелось. Хотелось много секса и погулять с ней вечером, но приезд отцов все обломал.
Затягивать с разговором не вижу смысла. Это как тянуть с диагнозом для смертельно больного человека. Еще будучи у себя на квартире, вышел на балкон, чтобы не задевать Риту, и позвонил Ольге. Предупредил, что приеду озвучить решение о нашем разводе. Хоть тут сюрпризов быть не должно.
— А мой брат?
— Алексей тоже дома.
— Спасибо.
Вот от него можно ожидать всего, чего угодно. Быстрым шагом пересекая двор, захожу в дом. Лекс, криво ухмыляясь, хромает с лестницы мне навстречу. Стреляем друг в друга взглядами. Он меня в своих мыслях уже прибил пару раз в особо жестокой форме.
— Упал все-таки.
— Колесо пробил, — пожимает плечами. — Технику удержать не получилось. Не критично. Не надейся, — хмыкает он.
«Дурак» — не озвучиваю вслух.
Из столовой доносятся голоса и мужской смех. Лекс идет туда, а я поднимаюсь на второй этаж в нашу с Ольгой комнату.
Оттуда звоню ей, чтобы поднялась ко мне. Пока жду, перебираю некоторые свои вещи, прикидывая, что еще надо сегодня отсюда забрать.
— Рад, — дает о себе знать вошедшая жена, — здравствуй.
Как всегда, красивая. В легком платье до колена, светлые волосы собрала в высокий хвост, оставив пару небрежных кокетливых прядей. В глазах тоска. Олька быстро отворачивается от меня, делая вид, что лежащая на комоде резинка для волос гораздо интереснее.
— В глубине души я надеялась, что ты наиграешься с девочкой и передумаешь, — признается она.
— Извини, — встаю у нее за спиной, кладу ладони на плечи. — Спасибо, что даже в этой ситуации ты осталась на моей стороне."
"— Я поняла, что очень устала за тебя бороться. За то время, что мы в браке, я только и делала, что всеми силами старалась тебя то привлечь, то удержать. Умом я понимаю, что ты прав, Рад. У нас еще все может получиться отдельно друг от друга, и я совсем не хочу, чтобы мы стали врагами на всю жизнь.
— Ты изменилась.
— Мы оба изменились. Сама только вчера лежала вот тут, — кивает на постель, — и думала, что еще год назад я бы расцарапала тебе лицо и надавала бы по голове Рите, — грустно смеется. — Наверное, мы, наконец, повзрослели, — снимает мои ладони и разворачивается.
В ее красивых глазах стоят слезы. Она смахивает их изящным движением.
— Так тяжело… — отворачивается, чтобы я не видел, как она плачет.
— Оль…
— Иди, я сейчас приду.
