Невеста моего отца, или Останемся врагами

 

Я с ним согласен, но руки чешутся подбить зубы ублюдку. К его счастью, Ник уводит меня в коридор. 

Я долго не могу прийти в себя. Меня трясет от злости и с каждой минутой мне все сильнее хочется встать и найти долбанного Кэла. И я уже почти готов сорваться, как в кармане активизируется телефон. Машинально достаю его и вижу новое сообщение от Вин: 

Пока жду ответ, замечаю на своих пальцах чужую кровь. Брезгливо поморщившись, иду мыть руки. 

Решающий матч. От него зависит, попаду ли я в АХЛ. Мы с парнями из команды дурачимся, делимся пошлыми анекдотами и шутками, лишь бы не выдавать свое волнение.

Эта игра решает судьбу каждого из нас. Я переписываюсь с Вин, ждущей меня на трибуне, когда мне приходит видео от придурка Кэла. Хочу удалить его, но палец соскальзывает, и запись открывается. Звук почти на минималке, но мне он и не нужен - сполна хватает того, что вижу. Обнаженная Вин лежит на спине, кусая губы. Ее ноги широко раздвинуты. Пару секунд она одна, а потом к ней присоединяется Кэл и… 

Сжимаю телефон в руках до нестерпимой боли и, не в силах больше терпеть, швыряю гаджет на пол.

Экран сначала затягивает паутина трещины, потом, когда я наступаю на него коньками, затухает. 

- Скай, ты чего творишь? - удивленно косится на меня Ник. - Если мобила надоела, подарил бы мне… 

- Дай свой телефон, - перебиваю его. 

- Чтобы ты и мой сломал? Мечтай. 

- Заткнись и просто дай. 

Друг колеблется меньше минуты, но протягивает свой смартфон. Я хватаюсь за него и набираю первый попавшийся номер.

Стелла. Сойдет. 

- Привет, детка, - говорю преувеличенно бодрым голосом. - Хочешь оторваться?.. 

Она отвечает согласием. Ее не нужно уговаривать. 

Чужая территория, важный матч и дикая ярость. Не знаю, как я сыграл. Не знаю, как вообще не сдох от боли, что разрывала меня изнутри. Даже жалко, что не сдох, потому что чертова Лавиния смотрела на меня больными глазами, когда Стелла кинулась мне на шею. Я целовал другую, но чувствовал ее взгляд и, кажется, даже слезы.

Что, жалеет о своей интрижке с Юджином? Только почему она считала предателем меня? Не я отдавался, как последняя шлюха, ублюдку Кэлу с его дружком. 

Стеллу отправляю подальше, едва мы оказываемся у Ника, который пригласил команду отпраздновать победу. Меня тошнит от всех женщин. Какие же они лживые и доступные твари. В тот день и почти всю неделю после моей кровью становится виски. Сначала дешевый, с тусовки Николаса, а потом коллекционный отцовский.