Невеста моего отца, или Останемся врагами

Подхожу ближе, пытаюсь отвести его ладонь от места удара, чтобы посмотреть. Мало ли? Он спортсмен, мог получить травму, а я, наверное, треснула по старой ране. - Прости, я…

- Очкарик, я же пошутил. Перестань быть такой доверчивой, - снова ухмыляется. 

Ну да, как я могла забыть про его актерские гены? Но если его отец, Джонатан Хилл, снимается в кино, то Скай использует свой талант в жизни. В смысле фильмы у него каждый день и с ним в главной роли. Вот только с меня хватит. 

- А ты прекрати быть таким противным и самовлюбленным, - вспыхиваю я.

Океан в его глазах покрывается ледяной корочкой. 

- Повтори, - его голос теряет все краски, но при этом будто вбирает в себя весь холод. 

- Да пожалуйста! Ты мерзкий, самовлюбленный и недальновидный. Еще повторить? 

Скайлар молчит, пока я, разгоряченная, выплескиваю все то, что накопилось за эти дни. 

- И ты добился своего, Скай. Я освобождаю тебя от занятий с Дэнни. Рад? 

Он сталкивается от стены, прячет ладони в карманах и кивает.

- Безумно, - на этот раз его улыбка темная, от нее по коже скользит иней. - Надо было пересилить себя и поцеловать тебя в первый же день. 

- Все мы совершаем ошибки. Ты иди, помойся бензином. Я ведь тебя трогала. Вдруг заразу какую подхватил, а? 

- Отличный совет. Мне действительно стоит забыть… это недоразумение. А ты, Очкарик, держись за произошедшее покрепче. Когда еще тебе так повезет? Разрешаю похвастаться подружкам. 

Вот спасибо! Как я без этого щедрого разрешения жила-то?! 

Томик с сонетами Шекспира оказывается под рукой как никогда кстати.

- Да ты самый плохой работник месяца, Очкарик, - насмешливо бросает, разворачиваясь. - Все, бывай. 

- Надеюсь, что больше никогда тебя не увижу! - шиплю уже в его спину. 

- Я тоже на это надеюсь. Постарайся держаться от меня подальше, окей? 

Наблюдаю за тем, как он скрывается за очередной полкой и только тогда, когда уже не вижу его темную макушку, облегченно выдыхаю.

Я чувствую себя полностью потерянной. В голове будто не мысли, а каша с плотными комочками. Бросив последний взгляд на место, где произошел мой самый первый поцелуй, бегу отсюда прочь. 

Мне шестнадцать. Туалет в библиотеке. Я придирчиво рассматриваю, наверное, впервые за всю свою жизнь, отражение.