Невеста Моцарта

Но мне говорили, что у него не было выбора. А сегодня я узнала, что выбор был. Отец мог, нет, должен был отдать что-то другое. А он отдал меня.

— Сомневаюсь, — уверенно покачал он головой. — Думаю, это Моцарт не оставил ему выбора.

— Как раз наоборот. Моцарт сказал: я не особенная, — он этих слов снова защипало глаза, но я сдержалась. — Моцарт мог найти себе любую другую невесту. Но подвернулась я. И теперь у нас договор.

— В каком смысле договор? — остановился Антон.

— Я делаю то, что ему надо, — обернулась я.

 — Изображаю радость. Хожу с ним на разные приёмы, убеждаю всех, что у нас прямо любовь, мы пара. И скоро поженимся. А потом… потом он меня отпустит.

— Так это же хорошо, что он тебя отпустит? — смотрел он на меня с сомнением, явно не понимая, что именно я хотела сказать, а уж тем более что я чувствую. — И раз он так сказал…

— Конечно, выполнит своё обещание! — зло перебила я, но удивление на его лице словно приклеилось. — Вот только не говори, что ты не знал, что я с ним не по своей воле.

— Нет, нет, я знал, — шумно выдохнул он и снова пошёл за мной. — Ведь я был за рулём машины, что привезла тебя в его дом. Но я был с вами и на том вечере. И, прости, никогда бы не подумал, что у вас не по-настоящему, — моргал он, словно только что прозрел. — Правда, Жень. Он так зыркает, когда к тебе кто-то подходит. Я боялся в вертолёте, что, если к тебе нечаянно прикоснусь, он меня взглядом пришибёт. И всю вечеринку он глаз с тебя не спускал.

— В том-то и дело, — закрыла я глаза, чтобы снова не расплакаться.

Вздохнула, справляясь с дыханием, а потом только открыла глаза и ему ответила. — В том-то и дело, что я тоже в это поверила. Не знаю зачем. Особенно, когда мы полезли в тот чёртов воздуховод, а потом на крыше он сделал мне предложение…

— В воздуховод? — снова остановился Антон и теперь смотрел на меня не моргая.

— Да, Моцарт придумал какое-то дурацкое ограбление. И мы вылезли на крышу лифта, потом ползли по воздуховоду, он открыл сейф в кабинете, а потом нас чуть не схватила охрана…

— Зачем? — На него страшно было смотреть.

Он словно собрался грохнуться в обморок — так побледнел.

— Просто так. Господи, Антон! — хотелось мне встряхнуть его как следует. — Это была игра, квест, шутка. Шутка! Но я в неё поверила. И он мне нравится по-настоящему — вот что я хочу тебе сказать. Он мне нравится, понимаешь? Очень сильно. А ему на меня плевать.

Я вздрогнула от холода, словно это тот самый, которым веяло от Моцарта, оглянулась и пошла.