Невеста на один день

Родители Коннора решили, что он все это время был мошенником.

Кейли прерывает спор родителей, надеясь спасти ситуацию, пока Леонардо Ди Каприо не подписался на главную роль в экранизации.

– Коннор, я надеюсь, что в этом громком объявлении есть что-то еще?

Гнев клубится в комнате, перемещаясь от Коннора к его родителям и обратно. И я знаю, что должна помочь Кейли вернуть все на круги своя.

– Расскажи им остальное, – подбадриваю я Коннора. – Просто сделай это.

Коннор фыркает, как только что его отец.

– Они даже не заслуживают того, чтобы знать.

– Может, и нет, – соглашаюсь я, – но ты заслуживаешь того, чтобы рассказать. И кроме того, Кейли должна знать правду.

Наш разговор вынудил Роберта и Дебру замолчать. Они переводят глаза с Коннора на меня, понимая, что, возможно, есть что-то, чего они не знают. Коннор глубоко вдыхает и смотрит на свою сестру, затем на меня и продолжает.

– Ты права. Ладно, слушайте. Я долгое время обманывал вас, и нет, я не консультант. Я работаю на ФБР, в основном под прикрытием.

Точнее, работал до прошлой недели, когда, по сути, ушел в отставку.

В комнате становится тихо и спокойно. Никто не дышит, не двигается. Вдруг Роберт начинает смеяться. Дебра пытается улыбнуться, не уверенная, что это не какая-то изощренная шутка.

Роберт смотрит на меня, его глаза помутнели от неверия и виски.

– Девочка, тебе лучше держаться от него подальше. Он нехороший. Хуже, чем я думал, если он тебе так говорит.

В этот момент я встаю, со злостью выхватывая стакан из рук Роберта.

Я только хотела взять его, но импульс движения, и скользкий хрусталь заставляют стакан выскользнуть из моих пальцев, и я случайно бросаю его через всю комнату, где он разбивается о каменный камин.

Но как бы это ни было непреднамеренно, драматизм сработал, приковав ко мне все взгляды. Я решаю вести себя так, будто действительно хотела это сделать, и шиплю на Роберта:

– Он говорит правду, а вы слишком большой засранец, чтобы поверить. То, что вы давным-давно решили списать его со счетов, не означает, что все остальные должны это делать.

– Поппи! – Кейли протестует, но я продолжаю, показывая на Коннора: – Я любила его, когда думала, что он мелкий воришка. Я любила его, когда думала, что он похититель произведений искусства, и я люблю его сейчас, когда знаю правду… что он работает под прикрытием на федералов. Какая жалость, что его собственная плоть и кровь не может любить его так же, как тот, кого он встретил всего несколько недель назад.