Невеста на один день

Но тут все участники прилипают к мониторам, я делаю то же самое и быстро набираю основную идею «Неприятностей в Грейт-Фоллз». Вот в таком чистом виде сюжет обретает смысл. Самое сложное тут – из двухсот слов синопсиса сделать триста страниц романа.

– Время вышло, – произносит Джей Эй Фокс. – А теперь пропустите несколько строчек и дальше напишите, в чем состоит ваша основная проблема при работе над книгой. Если таковой не найдется, – тут она делает драматичную паузу, – значит, вы куда лучший автор, чем я.

Мы все смеемся и снова принимаемся за работу.

Я пишу о своих проблемах, но не с романом, а с завышенными ожиданиями как от себя самой, так и от Хильды и издательства. И как это привело меня почти к полному писательскому блоку. Оттого, что я выкладываю все на бумагу, становится легче, и хочется надеяться, что наставник вроде нашей Гранд-Дамы сможет мне помочь.

– Отлично. А теперь работайте дальше или обсуждайте ваши проблемы между собой. Это поможет обрести дополнительное вдохновение, а также помочь другим с их трудностями.

Я тем временем буду приглашать вас к себе по одной.

Фанатка внутри меня взвизгивает от восторга, и я едва удерживаюсь, чтобы не начать приплясывать. Я поговорю с Джей Эй Фокс с глазу на глаз. Мои мечты исполнены, и теперь я могу умереть счастливой.

За нашим столом завязывается беседа, и я болтаю с двумя приятными соседками.

– Знаешь, у меня была такая же проблема, когда мне впервые пришлось писать сцену с двумя парнями, – говорит Ясмина. – То есть, это горячо и все такое, но я же не знаю, как это на самом деле, понимаете?

– И что ты сделала? – спрашивает Винни, которая пишет про Регентство.

– Пошла в гей-бар в своем городе и поделались проблемой с барменом. Он посоветовал сесть за столик, и следующие шесть часов я покупала выпивку мужикам, которые радостно рассказывали все, что мне нужно. Поверьте, после этого блока как не бывало.

– Ну, с технической точки зрения я знаю, что вилка А вставляется в розетку Б, – замечаю я.

– Может, в этом и есть твоя проблема? – хихикает Винни.

 – Розетки могут быть разные: есть П, есть Г, и даже Р.

Элизабет, та самая вредина, что смеялась надо мной, первый раз вступает в разговор:

– Р – это что такое?

– Рука, дорогуша, – отвечает Винни. – Остальные тебе тоже нужно пояснить?

Ага, похоже, не я одна ощущаю исходящие от Элизабет флюиды стервозности. И Винни явно за словом в карман не лезет.

Мы продолжаем писать, но я невольно провожаю взглядом каждую счастливицу, направляющуюся к сцене.