Невеста на продажу

 — Цена оказалась слишком высока, я не была готова ее заплатить.

При этих словах она опустила руки на живот, и я вздрогнула. Лирра беременна? Пока ничего не заметно, но как еще трактовать ее намек? Неужели это ребенок Марко? Легионеры ценят новые жизни. Иногда они женятся и на беременных. В условиях дефицита женщин не брезгуют ничем. К тому же это лучшее доказательство здоровья девушки.

Правда, после рождения младенца у Лирры заберут. Ее муж не станет воспитывать чужого ребенка. Но ей уже будет все равно.

Тут до меня дошло еще кое-что — похоже, ведьма потребовала в уплату за свои услуги ребенка.

Неудивительно, что Лирра отказалась. Я вспомнила собственный договор с Марейлой: я пообещала отдать ей «то, что у меня уже есть, но о чем я пока не знаю». Но в моем случае вряд ли это ребенок. На тот момент я точно не была беременна.

— Теперь я счастлива и ничуть не жалею о своем выборе, — заявила Лирра. — Но ты и сама удачно вышла замуж, должна понимать, каково это — жить с любимым.

— Да, разумеется, — рассеянно кивнула я и поспешила отойти от Лирры.

Общаться с марионеткой после того, как знал человека до любовного напитка, всегда жутко. Но особенно сильно меня напугали слова о расплате. Если ценой Лирры, в самом деле, был ребенок, что же ведьма попросит у меня, когда придет мое время?

Глава 21. О схватке волкодлаков

Танцы подошли к концу. Я полагала, что это финал вечера, но ошиблась. Гости не торопились расходиться. В зал вошел лакей и зычным голосом пригласил всех пройти на ауспицию. Незнакомое слово ничего мне не сказало, но едва ли это что-то хорошее.

Зная легионеров, я была уверена, что их развлечения далеки от мирных.

Бес отыскал меня в толпе, и мы пошли вместе со всеми, как я вскоре поняла — в подвал. Что за увеселения могут быть в таком месте? Даже страшно представить.

— Что такое ауспиция? — шепотом спросила я мужа, пока мы спускались рука об руку по лестнице."

"Он послал мне недовольный взгляд. Ах да, главное достоинство идеальной жены — молчаливость. Я снова веду себя неправильно.

Но меня разбирало жгучее любопытство, и пока никто не видит, я дернула Беса за рукав, требуя ответ. А что такого? Я же молчу.

— Это схватка животных и последующее гадание на внутренних органах проигравшего, — ответил он.

Я удивленно приподняла брови. Даже вообразить не берусь, как все происходит. В одном не сомневаюсь — это будет кроваво.

Больше Бес ничего не объяснял, а я не стала выспрашивать, опасаясь, что нас подслушают. Прав муж: я теряю бдительность.