Невеста на уикенд

– Первое – да, а вот второе, пока не поняла, к чему ближе, – понижаю голос до шепота, – но, скорее, ад. 

– Все настолько плохо?

– Да не то, чтобы да, но и нет.

– Так! Настя, хватит говорить загадками, можешь выложить спокойно? 

– Не могу, – шиплю в трубку, – здесь в любой момент кто-то может подслушать, единственное, что могу сказать, эта Эмма Константиновна такой невестке совсем не рада. А вот Сергей вроде ничего, – делюсь с подругой, прогуливаясь по дорожке вдоль пальмочек и неожиданно выходя к бассейну, что, кажется, завис на самом краю поляны.

– Потом скину фотки. Я пока без своего телефона. Но ты бы только знала, какая тут красота, Ксю, – вздыхаю, невероятно жалея, что лучшая подруга всего этого увидеть не может и, наверное, не сможет, просто потому, что нам с ней такая роскошь, скорее всего, и не светит никогда. – Да ладно, в общем, – отгоняю от себя печальные мысли. – Ты там как?

– Работаю, – прозвучало без особого энтузиазма. – Сегодня опять с Костиком покусались.

– Да, – ухмыляюсь, присаживаясь на диванчик, примостившийся под навесом у бара. Перед глазами проносятся с десяток наших с Ксю посиделок и перетираний косточек нашему мужскому окружению. Боссы были для нас обеих своеобразной “больной темой”. Костик – директор бара, в котором Ксюша работает, и по совместительство молодой парень, к которому эта упрямица неровно дышит. – Ты слишком остро на него реагируешь и часто о нем говоришь, – подмигиваю в пустоту, хитро улыбаясь.

– Ой ли! Никого не напоминает? С тем же успехом я могу сказать, что ты втюрилась в Сокольского, – фыркает на том конце провода собеседница, а у меня второй раз за день почти сердечный приступ.

– Чушь! –  завопила, подскакивая с места, но тут опомнившись, понижая голос до уровня шепота. –  И ты прекрасно знаешь, какие у нас отношения. Он совершенно не в моем вкусе и…

– Кхм-кхм… – слышу за спиной и резко оборачиваюсь, встречаясь с колючим взглядом “свекрови”.

– Я перезвоню, – бросаю слишком торопливо и скидываю. – Эмма Константиновна, простите, я вас не…

– Настя, – перебивает меня статуя Эмма, сложив руки на груди. – С кем ты разговаривала? – нет, не спрашивает, требует ответ женщина.

– С… подругой, – морщу носик, уже заранее предчувствуя нерадостный финал нашего первого диалога. 

– Да? – выгибает идеальную бровь мать Ильи и делает ко мне шаг. Пугающе. Очень.