Невеста на заказ

Каким только чудом он ещё терпел — не понятно.

— Орбен, — тот его, кажется, и не послушал. — Позови слугу, пусть принесёт из моих покоев сумку с вензелем.

Хозяин тут же послушался и вышел. Тивадар же толкнул Маэля в плечо, безмолвно приказывая отойти дальше от софы, на которой я лежала неподвижно, боясь даже дышать слишком глубоко.

— Что ты задумал? — прошипел “отец” довольно громко.

— Если вам нравится смотреть, как она страдает, то мне — нет, — твёрдо огрызнулся Маэль. — И я намерен что-то с этим делать.

— За твои выходки тебя давно уже пора отправить обратно на острова, — продолжил гневиться Тивадар. — Но нет. Ты крутишься и крутишься рядом, как сраный дараз? Лучше бы тебе исчезнуть с моих глаз поскорее.

И так хотелось повернуть голову, чтобы посмотреть на них, но я не могла, явственно ощущая, как понемногу немеет тело. Скоро прибежал встревоженный слуга и отдал Маэлю ту самую сумку. Тот пошарил в ней и достал флакон на длинной цепочке. Проигноировав явно угрожающие взгляды Тивадара и Альбина, он оттеснил Геллена в сторону и сел рядом со мной.

— Вот, выпей. Вряд ли его хватит, чтобы помочь тебе полностью. Но хотя бы поможет добраться до лекаря.

— Что это? — грянул над его головой мар-Говин.

— Это эликсир на её крови.

— Думаю, нет смысла спрашивать, откуда он у тебя и зачем? — ехидно процедил братец с другого конца дивана.

— Ты прав, смысла нет.

— И без этого всё понятно, — ответил тот. — Я догадывался.

— Твоя догадливость ничего не меняет, — Маэль пожал плечами.

Принимать из его рук проклятый флакон было страшнее, чем тянуть руку к сзарвазу в конюшне. Но все в ожидании смотрели на меня и никто, кажется, не пытался как-то помешать тому, что должно было случиться. Потому я просто проглотила солоновато-горькую жидкость и мысленно приготовилась умереть, жалея, что домой вернуться так и не успела.

Но, на удивление, ничего особенного не произошло. Я нашла взглядом Тивадара: тот был напряжён, кажется, не меньше меня.

Выдать подлог перед Альбином и Маэлем одновременно — что могло быть хуже? Но сердце отстукивало мгновения, под кожей тёк лишь лёгкий жар, но на смерть это вовсе не было похоже. Напротив — боль стихала, тело расслабилось так приятно, что меня мгновенно начало тянуть в сон.

— Ну и хорошо, — сказал кто-то рядом. — Пусть отдохнёт.

— У меня к тебе разговор, шан-Кагаван, — всё же успела я узнать голос “отца”.

А дальше всё стихло.