Невеста напрокат

— А что плохого в том, что я найму работников и они за неделю быстро все здесь сделают…

— А ты мне кто? Брат? Сват? Кум? С какого…(где это приличное слово, которое так сейчас необходимо) перепугу такая щедрость?

— Ты мне очень понравилась!

— И ты всем очень понравившимся девушкам делаешь ремонт в квартире?

— Тогда я не понимаю!

— Да, что тут непонятного!

Вскакивает он, смахивая со стола мои бумаги. Да есть такая привычка складывать все туда, куда не нужно. Листочки разлетаются по полу. Вздыхаю, опускаюсь на корточки и начинаю их собирать.

Хмурый Андрей повторяет за мной, только еще и поглядывает на напечатанный текст. Правда, там ничего интересного нет: пресса, письма с налоговой, реклама из почтового адреса, да пару бумаг с работы.

Как только последний листочек был поднят, Андрей положил стопку на сто и быстро пошел к выходу.

Да неужели! Вот это радость! Наконец-то до человека дошло, что ему здесь не рады! Иду незваного гостя провожать, улыбку счастья сдержать не получается, свечусь как начищенный таз.

— Мы еще не прощаемся! — сообщает мне мужчина и выходит.

Вот как у него получается одной фразой испортить хорошее настроение? Как?

Видеть довольную улыбку было неприятно! Я ей чуть ли не звезду с неба предлагаю, а она не понимает! Уже открыто сказал, что понравилась, что свихнулся на ней. Опять не понимает!

Ладно, у меня есть еще один козырь в рукаве. И сейчас я его буду приводить в исполнение. Не хочет по-хорошему, будет по-плохому.

Когда выхожу из подъезда, то бабки как по команде вновь поворачиваю головы в мою сторону.

Мило им улыбаюсь и иду к машине.

— Вот, хоть нормального мужика встретила, не то что этот…

— Ага, и имя-то, какое, противное!

— Да нормальное имя, у меня так внука зовут! Просто он человек так себе…

— А что ж он тогда второй день у дома нашего крутится? Небось, понял, какое золото потерял…

Вот тут пришлось остановиться, развернуться и подойти к бабкам.

— А в какое время он здесь крутится, не подскажите?

— А чего не подсказать!

Дальше я выслушал полный доклад подпольного партизана, который с шести до девяти не спит, а просто смотрит в окно.

Собственно, что делать, когда тебе за восемьдесят? Только смотреть на прохожих и следить, кто и куда пошел.

После слов благодарности, меня благословили на ратные подвиги в борьбе с чудищем поганым и даже пригласили на чай с ватрушками. Отказывать было неприлично, пришлось согласиться. Да и тем более мне бабушки-старушки очень помогли.