Невеста-наследница

— Колин, что ты собираешься теперь делать?

Он поставил канделябр на столик и сел на кровать рядом с ней.

— Тебе холодно?

Она отрицательно помотала головой и сказала: — Да.

Он легко коснулся кончиками пальцев красной царапины на ее гладкой щеке.

— Мне очень жаль, что так получилось. Надеюсь, что эта пуля предназначалась мне, а ты просто случайно оказалась на линии огня в последнюю секунду.

— А я очень надеюсь, что ты не прав! Я не хочу, чтобы кто-то охотился за тобой, пытаясь подстрелить. Правда, с другой стороны, мне самой тоже не хотелось бы, чтобы меня застрелили.

Она вдруг замолчала и замерла, озабоченно хмуря брови.

— О чем ты задумалась?

— О том, как тебя пырнули ножом в бедро. Что, если это была не просто попытка ограбления, а еще одно покушение на твою жизнь?

Он покачал головой:

— Ну, это вряд ли. Лондон, сказать по правде, вообще место небезопасное, а там, где я был, когда это случилось, и вовсе полно всякого сброда. Нет, тот низкорослый громила, что напал на меня, всего лишь хотел набить себе карман и счел меня подходящей добычей, вот и все.

Джоан, не пора ли нам заняться любовью? Ведь, в конце концов, это наша первая брачная ночь.

«Это явно направит ее мысли в иное русло», — подумал Колин, глядя на свою новобрачную жену. На ней была девичья белая батистовая ночная рубашка, закрывающая ее грудь и шею чуть ли не до самого подбородка. Длинные, доходящие до середины спины вьющиеся волосы были распушены, и несколько прядей ниспадали ей на плечо. Колин взял их и поднес к своему лицу.

Они были мягкие, густые и пахли цветами — кажется, жасмином.

— Сколько разных оттенков, — проговорил он.

Он ясно видел, что ей страшно. Теперь, когда надобность в наигранной браваде и самопожертвовании ради его спасения отпала, она явно боялась того, что должно было произойти. А раньше, дай ей волю, она бы вполне могла раздеть его догола, уложить на спину и проделать все, что надо, сама. И все ради того, чтобы защитить его и отдать ему свои деньги. Она была добросердечна, простодушна, а также решительна и чересчур умна.

Надо будет держаться с ней строго, не то она чего доброго загонит его под каблук, а этого он никак не должен допускать. Однако он совершенно не мог себе представить, как он запирает ее на ключ в одной из затхлых комнат старой башни.

Ему крупно повезло, что он ее встретил, уж в этом-то не может быть никаких сомнений. Потом он вспомнил, как острый обломок камня, отколотый пулей, рассек ей щеку.