Невеста-незабудка

Всю вторую половину дня она просидела в плетеном кресле на палубе, любуясь проплывавшими мимо красотами природы. В отдалении виднелись горы, вершины которых терялись в облаках. Ближе высились синие холмы, расцвеченные яркими пятнами густо росших незабудок и лиловых люпинов Иногда холмы сменялись долинами, и тогда синий цвет сменялся ярко-желтыми всплесками арники и белых маргариток и анемонов. И птиц здесь было тоже огромное множество.

— Мистер Камерон говорит, что это ласточки, — сообщила Лотти, усаживаясь рядом с Лилли лицом к глинистым берегам Юкона, с которых стремительно взмывали птицы.

 — А вот это — дрозд, а то.., не помню, какая-то певчая птица.

Лилли никак не отреагировала. С тех пор как они погрузились на «Каску», ей удавалось избегать Рингана Камерона, и она не испытывала особого желания говорить о нем.

— Мистер Камерон ужасно много знает о птицах, — не унималась Лотти, которая очень хотела узнать, каково положение дел между сестрой и Счастливчиком Джеком, но спросить не решалась. — Он из горной Шотландии и говорит, что некоторые ее районы похожи на Юкон, но только масштаб, конечно, меньше.

Лилли не прерывала щебета девочки. Счастливчик Джек до сих пор не появлялся на палубе, хотя она осторожно выяснила, что он и Китти Дафресн находятся на борту.

— А это — чечетка, — гордясь своими знаниями, показала Лотти. — Видишь? Она сидит на иве. А вон та птица, у которой песенка из трех нисходящих звуков, — мухоловка.

Несмотря на то что она слушала Лотти вполуха, новые знания сестры произвели на Лилли впечатление.

Ей не очень нравилось, что Лео и Лотти проводят в компании Рингана Камерона столько времени, но, похоже, в этом не было никакого вреда. Наоборот, они еще чему-то и учились.

* * *Только поздно вечером, хотя небо оставалось светлым, как днем, Счастливчик Джек наконец появился.

— Я в немилости? — спросил он с полной раскаяния улыбкой, усаживаясь рядом с Лилли и лихо заламывая шляпу.

— Я.., да-.., нет… — Она неожиданно для себя смутилась. Он больше не был в немилости.

Иначе она не стала бы с ним разговаривать. Правда, ей хотелось, чтобы Джек проявил больше раскаяния, а его обезоруживающая улыбка говорила лишь о поверхностном смущении.

Джек сжал ее руку.

— Чем меньше сказано, тем скорее забыто, — сказал он в своей обычной, поддразнивающей манере, подтверждая худшие опасения Лилли. — Во всяком случае, так всегда говорила моя матушка.

Несмотря на разочарование, Лилли улыбнулась, ее пронзило удовольствие от его прикосновения.