Невеста по наследству

Дарью с ее выпученными глазами и беззвучно шевелившимися губами, казалось, вот-вот хватит апоплексический удар, а Глафиру он, видимо, не миновал, потому что ее лицо вдруг стало напоминать печеную луковицу, на которую нечаянно наступила кухарка.

Но тем не менее она пришла в себя гораздо быстрее, чем Дарья Пискунова.

— Скажи-ка, милейший, а второй господин Багрянцев был красивым молодым человеком с русыми волосами и синими глазами? — спросила она, глотая от волнения окончания слов.

 — Гораздо более красивым и стройным, чем первый господин Багрянцев?

— Да, гораздо красивее, только немного небритый. Я еще подумал, что мужчины, которые начинают отпускать бороду, первое время походят на беглых каторжников.

Глафира многозначительно посмотрела на свою спутницу и задала новый вопрос, который поднял ее на недосягаемую высоту в глазах Дарьи, ведь та до сих пор не разобралась как следует, чем вызван интерес ее приятельницы к двойнику Фаддея Багрянцева.

После, обсуждая в лучших гостиных Москвы и Петербурга этот небывалый скандал, Пискунова закатывала глаза и переходила на шепот, чтобы как можно выразительнее передать ту почти трагическую атмосферу, которая возникла в момент допроса хозяина гостиницы. Итак, Глафира, словно испившая живой воды, когда поняла, что ее предчувствие скандала подтверждается, причем с еще более пикантными подробностями, спросила:

— А вы не помните имя его жены? В списке она обозначена как госпожа Багрянцева.

— Конечно, помню, — спокойно ответил хозяин. — Он ей крикнул то ли: «Беги, Настя!», то ли: «Бежим, Настя!»

— Настя?! — в один голос вскричали дамы. — Сергей Ратманов?! — повторили они несколько тише, но с не меньшим торжеством. — Что это все значит?!

Но на этот вопрос хозяин был бессилен что-либо ответить, и теперь им предстояло выяснить до конца, почему молодой граф сбежал из-под венца вместе с собственной невестой и выдает себя за Фаддея Багрянцева? Задача, стоявшая перед опытными сплетницами, могла на первый взгляд показаться невыполнимой, но только не для Глафиры Дончак-Яровской.

Возможно, родись она мужчиной, из нее получился бы неплохой военачальник или хитромудрый политик, по крайней мере, ее умению просчитывать ситуацию на десяток ходов вперед можно было только позавидовать. Она радостно потерла ладони и захихикала.