Невеста по пятницам, или Семь пятниц на неделе

– Говорят, если у дерева нет дупла, то злые духи могут жить прямо в ветвях, – ещё более заупокойным голосом произнесла Мариэлла.

Николетт хотела ещё что-то возразить, но в шелесте листьев ей вдруг послышался шёпот, от которого волоски на затылке стали дыбом. Барышни прижались друг к дружке и ещё больше затаились.

– Слышали? – еле дыша, произнесла Мариэлла. – Наверно, этот алхимический туман их разбудил.

– Показалось, – прошептала Августа не очень-то уверено. – Это птицы. Уж если злые духи и живут в здешних лесах, то где-нибудь в чаще.

Но у духов, видимо, были свои резоны облюбовать именно этот дуб. Николетт снова расслышала шёпот, и более того, ей показалось, что в ветвях кто-то чихнул.

Мариэлла аж вздрогнула. В следующее мгновение она бы, наверное, припустила прочь, но Августа предусмотрительно её придержала.

Дух снова чихнул. Трижды. А потом Николетт очень чётко расслышала недовольный шёпот и даже чертыхание. Она чуть было тоже не бросилась наутёк, но любопытство перебороло – заставило запрокинуть голову и попытаться найти источник звука.

На одной из нижних веток что-то едва заметно шевельнулось. Николетт сделала шажок в сторону, чтобы сквозь просвет в листьях получше разглядеть, что там, и обомлела от открывшейся картины.

Ничего более обескураживающего она в жизни не видела. Сначала даже трудно было поверить глазам. Николетт протёрла их, но ничего не изменилось. На ветке сидели… нет, не духи, скорее – два гигантских нахохлившихся грача, а точнее – братья Теодор и Матис.

Когда первая оторопь прошла, Николетт послала наверх вопрос:

– Милорды, боюсь спросить, вы что здесь делаете?

– Вышли подышать свежим воздухом, – лицо Теодора приобрело совершенно невозмутимое выражение, как будто нет ничего удивительного в том, что хозяин замка, старший сын главного министра королевской ложи, имеет обыкновение во время прогулок взбираться на дуб.

Матис ничего ответить не смог. Только снова трижды чихнул.

– И часто вы так прогуливаетесь? – Августа тоже с любопытством разглядывала «духов».

Теодор проигнорировал её вопрос, задав свой не менее каверзный:

– А вы, юные леди, что здесь делаете?

Пару секунд «грачи» и барышни обменивались взглядами, как вдруг Мариэлла, не принимающая участие в этой безмолвной дуэли, убитым голосом произнесла:

– Он всё-таки пришёл.

Действительно возле западной стены показался мужской силуэт.