Невеста по пятницам, или Семь пятниц на неделе

Просто сегодня утром я стала свидетелем, как этот чопорный истукан улыбался молоденькой горничной. Так и пожирал её глазами!

«Филимон» и «улыбался» – эти два слова никак не совмещались в голове Николетт.

– Мне кажется, Дороти, ты преувеличиваешь.

– Нисколько! Она поздоровалась с ним елейным голоском, а тот кивнул ей так, будто между ними что-то есть! – грудь Дороти ритмично вздымалась от волнения и возмущения. – Отныне я зареклась даже смотреть в его сторону!

Кажется, однажды Николетт такое заявление уже слышала.

– Пусть даже и не надеется! – продолжила она гневно сотрясать пространство библиотеки, не привыкшее к такому бурному проявлению эмоций. – Я ему так прямо и сказала, когда он попробовал пригласить меня сегодня на фестиваль сыра.

– Филимон приглашал тебя на свидание, а ты отказала? – опешила Николетт.

Вот это новость! Она так ждала, когда же непробиваемый Филимон сделает первый шаг. Заметно ведь было, что Дороти ему понравилась. А тут на тебе.

– Да! Отказала! А пусть не глазеет на молоденьких горничных!

– И не жалеешь? Ты же так мечтала о свидании.

Дороти чуть поубавила воинственный пыл и вздохнула.

Дверь в библиотеку распахнулась, и внутрь зашёл виновник царящего в воздухе возмущения. С подносом, на котором дымилась чашка кофе. Он невозмутимо прошествовал к столу, за которым сидела Николетт, и поставил перед ней напиток. Затем развернулся к Дороти, которая усиленно делала вид, что не замечает его.

– Как хорошо, сударыня, что я вас здесь застал.

– Я же уже сказала вам, сударь, что не нахожу возможным сопровождать вас в этой поездке, – перебила Дороти, воинственно распрямив плечи и подавшись вперёд.

Ух, как горели у неё глаза! Но Филимон ни на секунду не потерял самообладания.

– Боюсь, сударыня, вам придётся пересмотреть ваше решение, – произнёс он в своей невозмутимой манере. – Лорд Теодор просил передать распоряжение. Вам велено отправиться вместе со мной на фестиваль сыра, чтобы обеспечить сохранность купленного там сыра.

Николетт успела разглядеть на непробиваемом лице дворецкого победную ухмылку, прежде чем оно снова стало непробиваемым. Он церемонно прошествовал мимо Дороти, которая сделала обречённо-язвительный вид: что, мол, ей конечно крайне не охота, но раз есть такой приказ, что остаётся? И как только Филимон скрылся за дверью, пришла в суетливое оживление.