Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

Ни в одной книге даже не упоминалось о том, что магию можно сохранить в осязаемом предмете. О последствиях — тем более. Но если я ему позволю совершить задуманное, это будет значить, что все было напрасно. Абсолютно все. Это будет значить, что мама погибла зря. И наша с Вито судьба будет незавидной. Трастамара хитрый и расчетливый, он не оставит свидетелей. Глупо было даже надеяться. Он не даст шанса никому. Ни мне, ни Вито, ни Пилар…

Мерзавец шумно выдохнул. Его умиротворение испарилось, и теперь на висках набухали синеватые жилы.

Да, мне удалось заронить зерно сомнения. Он так уверился в удачном исходе, что, кажется, даже не задумывался о возможных рисках. На его лице на мгновение отразилась растерянность, но он поспешил взять себя в руки.

— Вы знаете наверняка?

Я изо всех сил старалась напустить на себя холодное спокойствие, но внутри все ходило ходуном. Едва ли этот ничтожный трюк сработает с «любящим дядюшкой». Единственное, чего я могу добиться — немного оттянуть время.

Трастамара яростно зажимал в кулаке чернильницу:

— Ты врешь. И очень напоминаешь сейчас свою мать. Всем напоминаешь. — Он прищелкнул языком: — М-да… Кровь — не вода. Все женщины в нашем роду были хуже чумы.

Я опустила голову, чтобы он не видел моего лица.

— Я не вру. Мама оставила мне большую библиотеку. Я много читала.

Трастамара недоверчиво замер:

— Каких последствиях?

Боже… если бы я знала. Приходилось сочинять на ходу.

— Если получить слишком много, магия может убить. Физическая оболочка не выдержит.

Посланник скривился и фыркнул, как кошка:

— Вздор! Не заговаривай мне зубы. Мы с твоей матерью одной крови. Значит, одной телесной силы.

— Но ведь сила передается только по женской линии.

Трастамара поджал губы:

— Значит, я буду первым мужчиной.

Он снова принялся за чернильницу, поддевая ногтем крышку.

Меня ошпарило от ужаса:

— Стойте! Я не хочу на это смотреть!

Мои крики больше не действовали. Трастамара процедил:

— Тогда отвернись к стене или закрой глаза.

— Вы делаете ошибку. Поверьте…

Но он больше не слушал, ковырял ссохшиеся от времени камнем чернила. Сейчас он откроет… и все будет кончено.

— Ответьте мне еще на один вопрос. Сейчас.