Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

И от кого ждать возок дерьма с горкой — так это от них… А Лало… может, представится случай, и мне удастся его немножко разговорить? С детьми прислуги я всегда хорошо находила общий язык. В конце концов, под всем этим манерным этикетом скрывался всего лишь обычный восьмилетний мальчик.

Мы выехали за ворота в полном молчании. Спустились с плато и свернули на узкую тропу меж скал, заваленную снегом. Один из егерей поехал впереди, прокладывая дорогу, и его лошадь увязала в рыхлом снегу по грудь. Но никого это, похоже, не смущало.

Лишь мне было как-то не по себе. Казалось, камни в любой момент могут сомкнуться и всех нас раздавить. И когда мы миновали расщелину, мне даже стало легче дышать.

Я повернулась к Лало:

— Братец, куда мы едем?

Тот демонстративно приосанился:

— Матушка просила показать вам окрестности, пока не пришел большой снег. Иначе уже не спустимся до Лисьего носа.

Невольно огляделась. Морозный воздух казался кристально чистым, и будто хрустально звенел. Мы выехали на продутое ветром горное плато, с которого открывался умопомрачительный вид: необъятная нестерпимая белизна на фоне чистого лазурного неба и горных пиков.

Внизу виднелась густая графитная кромка леса.

Я посмотрела на Лало:

— А это — еще небольшой?

Мальчик не ответил. С каким-то немым отчаянием посмотрел на камердинера:

— Джозу, у сестрицы есть вопросы.

Тот приблизился на своей пегой кобыле, почтительно склонил голову:

— Сеньора, если позволите, я постараюсь помочь.

— Так что за большой снег?

Джозу приложил руку ко лбу козырьком, посмотрел вдаль, потом вытянул палец:

— Видите, сеньора, вон там, за самым высоким пиком? Темное пятно на небе?

Я тоже прикрыла глаза от света рукой.

Наконец, различила далеко впереди этот самый пик, за которым небо густо серело, как перед грозой. Кивнула:

— Это и есть большой снег. С севера идет.

— Да. К счастью, к нам через пару дней лишь остатки докатят. Но за пиком — монастырь Альто. До него три дня пути. Его уже завалило по крышу.

Дальше перевала Предо теперь уже до весны не проехать.

— Да. Местные привыкли. Плохо только, что со снегом зверье из леса идет.

Я кивнула, но внутри будто что-то сжалось. Как назывался монастырь, про который говорила Пилар? Она не называла. Но точно говорила о трех днях пути. Так выходило… он самый и есть? И его теперь завалило так, что до весны не стало дороги?

— Джозу, а это единственный монастырь в округе?

Я молчала, сосредоточенно глядя вдаль.