Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

— Матушка, вы позволили отцу умереть. Почему? Или… сами… приказали зверю?

Она неистово замотала головой, попятилась:

— Нет… Нет! Нет… Не говори так! Я ни в чем не виновата! Это ужасная случайность! — Запнулась за что-то и едва не рухнула навзничь. Выставила перед собой руки, словно пыталась отгородиться. — Ты же все знаешь. Вито, сынок… Ты все знаешь, ты сам был свидетелем. Тело твоего отца не принимало мою магию. Я была бессильна! Ты все видел! Все!

Вито медленно кивнул:

— Да. Я видел. Но я не знал, что этот зверь ваш.

Он, наконец, пришел в себя. Сошла ужасающая бледность, и я заметила в своем муже уже хорошо знакомую решимость.

Ведьма с надеждой вцепилась в эти слова:

— Сынок, ведь ты понимаешь, что эти обвинения несправедливы. Я сделала для твоего отца все, что могла. Я сделала больше, чем могла! Ты видел, как я страдала! Ты сам все видел!

Но эти слова совсем не тронули его.

— Все? Вы утверждаете, что сделали все, матушка?

Она с уверенностью кивнула:

— Все. Уверяю тебя. Я клянусь!

Вито стиснул зубы.

Смотрел вдаль, за спину матери, где искрились морозным светом свернутые кольца гигантского чудовища.

— Тогда почему эта тварь жива, а мой отец мертв? Почему все наоборот?

Казалось, ведьму сейчас хватит удар. Она содрогнулась всем телом, будто ее поразило молнией. Сжалась. Вдруг выпрямилась пружиной и раскинула руки в разные стороны, словно пыталась защитить змея. Ее необъятная грудь, яростно вздымалась. Она замотала головой:

— Зачем ты это говоришь? Я не понимаю! Не понимаю!

Вито снова надвигался:

— Вы могли исцелить отца, убив этого зверя.

Он ваш, и вам это под силу. Почему вы этого не сделали?

Ее глаза остекленели, будто ведьма окончательно лишилась рассудка.

— Это невозможно! Невозможно!

— Это невозможно. — Она подалась вперед, протянула руку, пытаясь дотронуться до сына, но тот отстранился. — Сынок, прошу тебя. Твоего отца уже не вернуть. Ничего не исправить. Зачем ты терзаешь меня? Возможно, я совершила ошибку. Я признаю. И это мой грех. Мне с ним жить.

— Она снова попыталась прикоснуться к Вито, и на ее глазах даже проступили слезы: — Сынок, я клянусь тебе, если бы сейчас можно было что-то исправить, я поступила бы иначе. Я бы все сделала иначе. Ничего не пожалела. Но ничего уже не изменить. Я не могу спасти твоего отца.

— Но вы еще можете спасти меня.

Ведьма съежилась, даже поджала руки:

— Что? О чем ты говоришь?

Вито терял последнее терпение. Я даже замечала в нем яркие колебания морозной магии.