Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

Очередной замковый прихлебатель, которой выворачивается наизнанку перед своими господами. Постный сеньор средних лет в форменном черном платье с огромным белым воротником и завитом парике. Он внимательно осмотрел меня, задал несколько вопросов о самочувствии. Наконец, занялся рукой. Осторожно пощупал, долго рассматривал, подсвечивая себе свечой.

— Позвольте узнать, сеньора, сильно ли беспокоит рана?

— Нет, почти не болит.

Губы лекаря изогнулись скорбной дугой. Он скептически покачал головой:

— Это укус ледяного змея — ни с чем не спутать.

— Да, сеньора. Мне неловко это говорить, но… кто-то высосал яд.

Я промолчала. Лишь стиснула зубы. А эта проклятая ведьма… Да, я была наивной… надеялась хоть как-то притереться к этой мегере по-хорошему, малой кровью. Чуда ждать бесполезно. Это не женщина — настоящее чудовище.

Она явилась сразу, как проклятие. Судя по всему, едва получив отчет от лекаря.

Я кивнула, чтобы служанка выполнила просьбу. Поприветствовала:

— Как ты себя чувствуешь, моя дорогая?

— Благодарю. Хорошо.

— Хорошо, значит? Видно, заживает, как на собаке.

Она решительно наступала на меня, и ее янтарные глаза загорелись, как у кошки. Признаться, такого я, все же, не ожидала… Она приблизилась и наотмашь ударила меня по щеке:

— Мерзавка! Ты чуть не угробила моего сына!

Я не схватилась за щеку.

— Вы несправедливы, матушка.

— Смеешь огрызаться?!

Она замахнулась, чтобы снова ударить меня, но я вцепилась в мясистое запястье здоровой рукой и стиснула пальцы со всей силы:

— Довольно, матушка.

Мне даже показалось, что ведьму вот-вот хватит удар. Она вспыхнула, как раскаленная кочерга, и покрылась испариной.

— Да как ты смеешь! Мерзавка!

Но я крепко держала ее за руку. Сама удивилась собственной силе. Больше не ударит. Никогда. Я больше не позволю.

При всей праведной ярости, ее лицо отчетливо выдавало замешательство. Да… она не ожидала такой наглости, и попросту растерялась. Здесь никто не смел ей слова поперек сказать, это я уже поняла. Тогда, на ступенях, она восседала в своих умопомрачительных мехах, как настоящая королева.