Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

Каждая из нас прекрасно знала, что это всего лишь дешевый спектакль. И каждая из нас играла свою роль, не особо стараясь приложить талант. Мы до невозможности бесили друг друга. Свекровь с огромным наслаждением снова отхлестала бы меня по щекам, а, может и за волосы оттаскала бы. Только не осмелится. Уже знает, что я не стану покорно терпеть.

— Боюсь, что вашего, все же, недостаточно, матушка. При всем уважении. К тому же, сначала придется озвучить причину его величеству. И вы это знаете. Так что вы озвучите?

— Я уже говорила тебе.

Не думаю, что ты так хочешь прослыть гулящей девкой. Это позор до конца дней.

— Разумеется, не хочу. К тому же, это совершенная клевета. Но спрашивали ли вы своего сына? Хочет ли он прослыть рогоносцем?

Ведьма с недоумением уставилась на меня. Судя по всему, в этот миг она ничего не играла.

— Какой вздор! Брак до конца не заключен! Моего сына это не коснется!

— По бумагам, мы женаты почти два месяца, матушка. И это неоспоримый факт, которому есть необходимые свидетели.

Сможете ли вы доказать, что я стала гулящей девкой еще до его заключения, а не после? Теоретически, для этого было вполне достаточно времени. И если после, матушка, то выходит, что супруг гулящей девки, как ни крути, рогоносец…

Теперь моя улыбка была искренней. Ведь я додумалась до всего этого только сейчас. Почему не раньше? Ведь стоило просто копнуть чуточку глубже — и все встало на место. Ведь теперь ей, действительно, нечем крыть. Герцог Кальдерон де ла Серда — рогоносец! Каким бы не оказался ее сын, за подобный позор он точно не станет благодарить!

Я ясно видела, как на лбу свекрови выступила испарина.

Она обмахивалась краешком горжетки, потом нервно отшвырнула ее:

— Я все равно не могу понять, на что ты надеешься. Мой сын узнает все, что здесь произошло! О том, что ты чуть не угробила Лало! О том, что целую ночь провела неизвестно где с каким-то бродягой! И о том, что ты, мерзавка, посмела поднять на меня руку! Неуважение к матери семейства никак нельзя оставлять безнаказанным.

Мать, милая моя, — это святое. Нужно бы это знать. Впрочем… — ведьма скривилась, — откуда тебе знать? Ты, ведь, приблудная. Собственной матери не знала. Так откуда будет уважение к матери?

Удивительно, но меня эта душераздирающая тирада совсем не тронула. Я больше не поддамся на ее провокации. Пусть хоть лопнет! Я только что выпуталась из такой паутины, что настроение мне испортить было довольно непросто.