Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

Насмерть! Я уже не представляла свою жизнь без Желтка!

— Видишь, это просто испуганный малыш. Ты зря сердишься.

Мой муж помрачнел еще больше. Довольно долго молча стоял у стола, глядя в сторону. Потянулся к бокалу и разом осушил.

— Давно он идет к тебе на руки?

— Сразу и идет. И любит спать в ногах под одеялом. Он очень хороший. Правда. И он никому не мешает. Я клянусь тебе!

Вито сокрушенно покачал головой:

— Ты как ребенок… У тебя слишком мягкое сердце, и он этим пользуется. А ты не понимаешь!

Он снова вернулся в кресло.

Наконец, он посмотрел на меня:

— Ты должна его прогнать. Если еще не поздно…

Я потеряла дар речи. Стояла, закаменев. Лишь крепче прижала к себе грифоныша. Наконец, опомнилась. Посадила Желтка на комод и бросилась к мужу:

— Прошу, не требуй этого. Я умоляю тебя. Я не смогу его прогнать, у меня сердце разорвется. Я здесь чужая. Кроме Пилар у меня здесь никого нет.

Слезы уже вовсю катились по щекам, и я даже не пыталась их прятать. Я не вынесу, если придется прогнать Желтка.

— Ты должна его прогнать.

— Почему? Объясни мне! — Я опустилась на пол у его ног и поймала руку. Отчаянно сжимала. Это была мольба, а не унижение… — Пожалуйста, скажи мне. Почему? Объясни мне.

Вито не ответил. Лишь пристально смотрел сверху вниз. Он даже не сделал попытки отнять руку. Значило ли это, что он не настолько уж рассержен?

Я с надеждой подняла голову:

— Я ни о чем тебя не просила.

Он молчал. Взял меня за левую руку и крутил кисть. Всматривался, щуря глаза. Я не сразу поняла, что он рассматривал шрам от укуса ледяного змея. Да, на ладони остались заметные рельефные отметины. Еще ярко-розовые. Но был ли в этом жесте подтекст? Может, он хотел сказать, что после того, как спас мне жизнь, я не имею права о чем-то просить?

Я не сразу поняла, что именно он спросил:

— Нет, совсем не болит.

Я снова покачала головой. Если честно, я даже не могла сказать, в какой момент перестала обращать на раненую руку какое-то внимание. С тех пор, как появился Желток, я о ней и не думала!

— Нет. Почти не болело.

Вито взял со стола свечу и снова всматривался в шрам. Осторожно провел по рубцам большим пальцем, и мне от неловкости захотелось отдернуть руку. Я с трудом удержалась.