Невеста по вызову

Это как бросить ребёнка или члена семьи.

— Луна!

Повторяю, пока голос не становится сиплым. Одежда насквозь промокла, меня начинает морозить. И не до конца уверена, в какой именно стороне вообще дом находится.

Господи, ты меня так испытываешь?

Я больше не буду участвовать в авантюрах, честно.

Слышу треск за спиной, очевидно, последней сухой ветки в этом месте.

— Луна?!

Не успеваю обернуться, как лица касаются чьи-то руки. Хочу накричать на Кирилла, потому что это самое тупое время для шуток.

Но ничего не получается, потому что ладонь зажимает рот, а рука обвивает поперек талии, не позволяя сдвинуться.

И единственная мысль, что мелькает — это не Кирилл.

Меня куда-то тащат.

Словно в замедленной съемке происходит. Или просто мой мозг работает слишком быстро, осознавая произошедшее. Ливень, глухой лес, один дом в округе. И меня зажимают, тащат, похищают.

Вырываюсь, впиваюсь ногтями в руку, покрытую тёмными волосами. Пытаюсь вспомнить хоть что-то из курсов по самообороне, куда ходили давным-давно с Марго.

Да только наше внимание больше привлекал сам инструктор, чем его уроки.

А сейчас мне не по себе. Кричать не получается из-за крупной ладони, да и кто услышит. Но зато выходит дёрнуться вперёд, вжимаясь зубами в кожу. До матов и сильного толчка в плечи.

Но секундная замешка похитителя даёт мне шанс вырваться. И сломя голову бежать. Мокрая земля разъезжается под ногами, дождь бьёт по плечам. Но это меньшая из проблем.

Не могу услышать — гонится ли кто-то за мной или нет.

Есть ли эта острая необходимость сдирать пальцы о кору деревьев, хватаясь на резких поворотах. Но оборачиваться страшно и я не рискую.

А если это секта психов? Вот просто заманивают каждые выходные с собой случайных девушек, прося притвориться их невестами. И закапывают потом у деревца, их тут хватает.

— Бля.

Ругаюсь, прикусывая щёку. Руки пачкаются грязью, колени простреливает тупой болью. Наверняка сбила. Но зато могу обернуться, убеждаясь, что никого рядом нет.

И кричу, когда кто-то дёргает меня вверх.

— Тише, крикливая какая, — Кирилл мягко сдавливает мои ладони, едва заметно встряхивая. — Потерялась?

— Ты!

Перед глазами лишь красная пелена и улыбка мужчины. Толкаю его, не успевая припечатать сверху ещё и пощечиной. Кирилл оказывается проворней, обнимает меня, вдавливая в себя. Так, чтобы руки оказались прижаты к телу, и я могла лишь зло сопеть.

— Попробуем ещё раз, Лиз.