Нетта уставилась на пурпурное пятно на его тунике. Ее глаза расширились, подбородок задрожал.
Элиза поспешно встала между ней и Мереком и залепетала:
– Барон Уиклифф отдал Линетт в лапы дикому чудовищу, милорд? Вы видели варвара? Я сожалею, что моя новая служанка запачкала вашу одежду. Снимите ее, служанка все отчистит.
– Леди, я не думаю, что прилично обедать голым. – Губы Мерека подрагивали от смеха, так как Нетта была сильно смущена. – Варвар? Я не видел мужчину, с которым обручил ее отец, но слышал, как он поклялся, что будет заботиться о ней.
– Действительно, Мерек не мог видеть себя в замке Уиклифф, но слышал собственный голос. Его пристальный взгляд прошелся по Нетте."
"В последнее время он много думал о старинной легенде. Блэддин – ясновидящий и целитель, и перед отъездом из Блэкторна Мерек разговаривал с ним о древних преданиях. Блэддин полагал, что это глупые сказки. Он считал, что жены берсеркера умирали от трудных родов. Это обычное дело. Много женщин от этого умерло.
Линетт была возможностью получить все, что Мерек желал в жизни.
Земли и владения era матери стали бы его собственностью. Линетт родила бы детей, которые никогда не услышат отвратительного слова «бастард». У него будет своя семья, а у сыновей и дочерей – достойный отец, который всегда защитит их и оставит солидное наследство.
Он будет заботиться о своей жене. Но никогда не полюбит душой.
Звуки быстрых шагов Нетты по каменному полу стихли, она сбежала из зала.
Нетта забилась в нишу окна в комнате Элизы, расчесывая руки.
Дочь кухарки отдала не только свою одежду, но и блох вместе с ней. Сникнув, Нетта отгоняла подступившие слезы. Видит Бог, у нее много причин горевать: отец, стремящийся выдворить ее из своей жизни, нареченный, который оказался внушающим страх дикарем, поездка в варварскую Горную страну, а теперь еще и блохи.
Не будь она так разъярена, Нетта бы сдалась.
В комнату влетела Элиза, а следом за ней – ее мать. Нетта, опустив голову, присела перед баронессой. Кусачие твари заставляли ее дергаться и дрожать.
Леди Мод подняла брови:
– Что тебя беспокоит, девочка? Тебя так блохи заели, что ты не можешь стоять спокойно?
Нетта взглянула на баронессу сквозь опущенные ресницы. Мать Элизы с состраданием смотрела на нее. Баронесса узнала ее? Руки Нетты задрожали.
– Да, миледи. Боюсь, вы правы. Я спала на кухне рядом с собакой, и ее друзья перебрались в мою одежду, – пробормотала Нетта.
– Элиза, ты эту девушку просила отпустить с тобой?
– Да, пожалуйста, мама.
