Глотая слюну, она смотрела на миску Маркуса. Тушеное мясо – одно из ее любимых блюд. Почему Элиза выдумала такую глупую историю? На миску Мерека Нетта смотреть избегала.
Мужчины ели с удовольствием. Мерек иногда протягивал ей кусочек репы или морковку и, подняв брови, вопросительно смотрел на Нетту. Она вздрагивала и качала головой. Несколько раз она поглядывала на него сквозь ресницы. Мерек с меланхоличным видом пережевывал еду, потом, пожав плечами, стал смотреть в другую сторону."
"Нетту замутило, как бывало, когда она смотрела с крутого обрыва.
Стараясь глубоко дышать, она уставилась на землю. Почему она так поступила? Никогда прежде не выкидывала она таких низких шуток. Чувство вины захлестнуло ее, и она поежилась от стыда. Мерек думает, что она простолюдинка, но относится к ней куда доброжелательнее, чем ее отец. Она не могла винить Мерека в том, что он велел ей прислуживать. В конце концов, это ее обязанность, коли уж она выдала себя за горничную. Совесть мучила Линетт из-за того, что она поддалась минутному порыву и вела себя, словно она леди и все в отряде это знают.
Помня предупреждение Элизы о неистовом гневе Мерека, Нетта сглотнула, опасаясь, что он обнаружит ее отвратительную выходку.
Она грызла сухую лепешку, которая оказалась даже не вчерашней – твердая, как кора на деревьях. Нетта окунула лепешку в разбавленное вино. Вяленое мясо было соленым, но она так хотела есть, что моментально проглотила его.
– Очень сытная пища. Какая жалость, что вы не можете ее есть. – Мерек отправил в рот остатки своей порции.
Чувство неловкости не покидало Нетту. Она не могла смотреть на Мерека.
– Да. Для мужчины нет ничего лучше хорошего обеда, – довольно отдувался Маркус.
Он похлопал себя по животу и, наклонившись вперед, взял Нетту за подбородок. Она попыталась отстраниться, но Маркус держал крепко. Повернул ее лицо в одну сторону, в другую, потом отпустил.
– Какая ты сегодня хорошенькая, крошка! Ты выпила волшебный эликсир?
– Волшебный эликсир? Сегодня, сэр? Я такая же, как всегда. – Она замолчала и покраснела, потому что в животе у нее опять заурчало.
– Что скажешь, Мерек? Ты не согласен?
– Так и есть. И даже еще лучше, могу добавить.
– Что, сэр? О чем вы говорите? – Нетта недоуменно смотрела на Маркуса. Неужели чернота стерлась с зубов?
– Кожа чистая, – разглядывал ее Маркус. – Какое притирание ты использовала, чтобы избавиться от твоего ужасного родимого пятна?
Рука Нетты взлетела к лицу. Кожа мягкая и гладкая. Липкий красно-синий сок исчез.
