Он пристально оглядел Элизу и плотоядно облизнул губы. Довольное урчание вырвалось из его груди. Схватив посох, который вручил ему Дамрон, он поднял его, потом с грохотом стукнул об пол.
– Вы, саксоночка, лакомый кусочек! Волосы как вороново крыло! – Элиза задохнулась, когда ее черный локон оказался в мясистой лапище. – Глаза подобны вишням, а рот пухлый и сладкий, как самый лучший мед. – Повернувшись, великан, обращаясь к Коннору, взревел: – Ты не пробовал этот десерт, малец?
Казалось, Элиза вот-вот потеряет сознание.
Коннор обнял девушку за плечи и притянул к себе.
– Леди Элиза, это дядя Ангус Макларен из Аргайлла. Дядя, не пугай маленькую Мышку. Она думает, что мы варвары, и боится, что попадет в чье-то жаркое. Она слышала в Англии россказни, что мы, шотландцы, дикари, а не воспитанные обычные люди, которых она видит сегодня. – Его губы дергались от смеха.
– Прекратите, вы оба, – пригрозил лорд Дуглас. – Вы совсем запугали нашу гостью. Это так леди Филлипа учила вас обращаться с нежными женщинами?
Когда он вмешался, Элиза отпихнула Коннора и подняла подбородок.
– Я не десерт, сэр! Кто бы ни попытался съесть меня, не сомневаюсь, он отравился бы!
Ждущие своей очереди претенденты на руку Элизы расхохотались, оценив остроумие невесты. Коннор свирепо смотрел на них."
"Дамрон вызывал одного воина за другим. Каждый, взяв посох, стучал им об пол, и эхо отдавалось от стен. Потом мужчина называл свое имя, говорил, есть ли у него маленькие дети, нуждающиеся в материнской заботе.
Женихи самой разнообразной внешности представали перед взором разборчивой леди, но очень немногие могли заинтересовать ее. Коннор хмуро посматривал на всех, не выпуская руки Элизы.
Нетта заметила, что его дурное настроение распространяется и на его кузена. Всякий раз, когда Дамрон вызывал следующего молодца, Коннор щурился все сильнее, глаза его стали походить на узенькие щели. Дамрон, представив всех, отправил их вновь за столы. Нетта вздохнула с облегчением.
Брайанна подала сигнал внести кушанья.
От аромата, плывущего от больших блюд с ягнятиной, форелью, печеными куропатками и домашней птицей, у Нетты слюнки потекли. Чуть позже появились дымящиеся миски с овощами и соблазнительный горячий хлеб.
Мерек отложил немножко еды с каждого блюда на их с Неттой общий поднос. В гарнир, который полагался к домашней птице и баранине, входили любимые Неттой морковь и горох.
Мерек поднес сочный кусочек цыпленка к губам девушки.
