В своих мечтах она была женой человека, которого она любила и который любил ее. И хотела она, чтобы связывало их нечто большее, чем просто страсть.
С Джеффри она могла бы иметь шанс. А теперь она была уже не уверена, что любви Джеффри хватило бы для такого брака.
В зеркальных стенах бального зала горели золотом и серебром огни канделябров и подсвечников. Брат Рула, Рис, и его жена, Элизабет, были там, как и их тетушка Агата, виконтесса Тависток, которую Вайолет в первый раз встретила несколько дней назад.
Она посмотрела на небольшую группу людей около нее. Хрупкая, с серебристыми волосами, леди Тависток разговаривала с Элизабет, которая выглядела очень элегантно в платье цвета сапфира, с блестящими локонами цвета воронова крыла. Кэролайн танцевала с Лукасом, а Рул завел разговор с Чарлзом Уитни.
Мужчины направились к двери, чтобы поиграть в бильярд. Они чуть повысили голос, когда рассуждали о предстоящей сделке, которая еще не окончательно была оформлена.
Звуки музыки нарастали, это был венский вальс.
Как только Рул исчез в прихожей, Вайолет переключила внимание на Лукаса с Кэролайн, любуясь тем, как они кружат в вальсе по залу. Она не могла не обратить внимания на то, как держит Лукас свою жену, смотрит на нее не отрываясь, едва сдерживая желание.
Она хотела, чтобы Рул пригласил ее на танец, и повернулась, услышав мужские шаги, надеясь, что он вернулся, чтобы потанцевать с ней. Вместо этого она услышала густой баритон Джеффри:
— Мне надо поговорить с тобой, Вайолет.
Это важно.
Она вовсе не горела желанием разговаривать с ним. Ей хотелось вообще забыть, что они друг для друга значили. Но с другой стороны, она не могла вот так запросто игнорировать его. Она не могла снова причинить ему боль.
— Мы не можем говорить здесь.
— Думаю, мы можем поговорить на террасе.
Его глаза умоляли ее. Он проделал такой путь из Америки в Лондон, чтобы увидеть ее. Он любил ее, быть может, любит до сих пор. Ее сердце сжалось. Как она могла не ответить на такую простую просьбу?
Вайолет оглядела зал.
Рул ушел. Все были заняты разговорами. Она кивнула в знак согласия, и Джеффри проводил ее до стеклянных створчатых дверей, которые вели на террасу.
Ночь была ясной, хотя кое-где в лунном свете виднелись одинокие облачка, обещавшие грозу. Несколько звезд мерцали среди разорванных тучек, подмигивая гостям, которые вышли из дома подышать свежим воздухом.
Она повернулась к нему, как только они достигли балюстрады.
