— А это не ее дело! — Он махнул ножом. — Я предупреждал ее. Никто не смеет красть у Саймона Пратта! — Он сильнее сжал горло Вайолет. — Позови кого-нибудь, и она тут же умрет!
Пятясь назад, он дошел до конца дорожки из гравия и подошел вплотную к воротам.
Рул подходил к ним шаг за шагом, на его лице застыл гнев.
— Чего ты хочешь, Пратт?
Пратт помолчал с минуту. Оглядевшись вокруг, он увидел мраморный фонтан, оценил отличное качество ковки, величественность дома.
— Я пришел за женщиной, которая доставила мне много хлопот.
Но я отпущу ее, если ты заплатишь мне.
— Сколько?
— Пять сотен фунтов стерлингов. — Он ухмыльнулся, показывая обломки зубов. — Оценишь ее в пять сотен, или дороговато для тебя?
— Она стоит в сотню раз дороже.
Ее грудь сжало. Она так его любила!..
— У тебя есть пять сотен прямо в доме?
Рул кивнул:
— Я дам тебе деньги, если отпустишь леди.
Пратт захохотал.
— Я не дурак! Заткни свой рот, неси деньги, тогда уж я ее отпущу.
Вайолет видела, что Рул заколебался. Ему вовсе не хотелось оставлять Вайолет с Праттом, но никто, кроме них двоих, не знал, где в доме лежат деньги.
— Со мной все будет в порядке, — сказала Вайолет, читая в его глазах страх за нее.
Его челюсти сжались."
"— Я принесу тебе деньги, Пратт, но если ты тронешь ее хоть пальцем, ты умрешь. Я разыщу тебя, где бы ты ни был, и придушу голыми руками.
Пратт приставил лезвие ножа к горлу Вайолет, так что на секунду у нее перехватило дыхание.
Рул пятился назад и смотрел на них, пока не дошел до террасы, потом повернулся и исчез в доме.
Пратт, поигрывая ножом, молча стоял и держал ее. В кабинете за картиной в позолоченной раме, на которой были изображены охотничьи собаки и лошади, был сейф. Рул показал ей его и сообщил комбинацию. Внутри была маленькая шкатулка из палисандрового дерева, откуда она могла взять деньги, если они понадобятся.
Показалось, что прошло лишь мгновение, когда Рул бегом вернулся в сад со шкатулкой в руках.
— Здесь тысяча фунтов. Возьми их и отправляйся к себе.
Глаза трубочиста полезли на лоб.
— Ты, похоже, по уши влюблен.
— Да, я люблю ее, Пратт! — Он повернулся к Вайолет, обращаясь прямо к ней. — Я совершенно определенно влюбился в мою жену. — Он подал ему шкатулку. — А теперь иди, пока я не передумал и не избил тебя до бесчувствия.
Вайолет начала дрожать. Слова Рула были жестокой шуткой. Он сказал это только для того, чтобы успокоить Саймона Пратта.
Она сказала себе, что это ничего не значит. Просто Рул пытался спасти ее.
