Невеста сказала «нет»

Перестань думать, твердил он, чувствуй!

И она чувствовала. Твердость его тела. Безумие его поцелуев. Жар, исходящий от его ладоней, когда он касался ее. Все было таким новым… и в то же время как бы знакомым. Они встретились только вчера, но Дэмиан уже не был для нее посторонним. Ей казалось, что она знала его в другой жизни или, может быть, в другом измерении.

Она опустила голову на плечо, когда он провел рукой по ее лицу, словно изучая его черты, гладя ее шею, охватывая ладонью ее грудь. Его палец задел ее сосок, и она вскрикнула.

Дэмиан хриплым шепотом произнес ее имя – и что-то еще, на непонятном греческом языке. Но она поняла – жар его прикосновений, заставлявших гореть ее кожу, был убедительнее любых слов. Наконец он нашел ее руку и положил на свое тело, чтобы она почувствовала силу его желания.

– Да, – сказала она, еле шевеля губами. Из его горла вырвался стон, и он, подняв ее юбку, скользнул рукой по бедру и дотронулся до влажного жара, бушующего у нее внутри.

Шок от его бесстыдного прикосновения молнией сверкнул в крови Лорел. У нее вырвался негромкий вскрик, и она судорожно вцепилась в его запястье. То, что она чувствовала, казалось больше того, что она могла вынести.

– Дэмиан, – всхлипнула она, – Дэмиан, пожалуйста…

– Скажи, что ты хочешь, – страстно шептал он, – скажи!

Тебя, подумала она, я хочу тебя, я безумно хочу тебя…

Эта слабая мысль так ее напугала, что она непроизвольно отдернула лицо от жадного рта Дэмиана.

– Послушай, – торопливо сказала она, хватая его за руку, – я думаю…

– Не думай, – прервал ее он, – хотя бы сегодня ночью.

 – И прежде, чем она смогла ответить, запустил руки в ее волосы, привлек ее к себе и поцеловал.

Так цивилизованные люди не поступают.

Дэмиан понимал это, снова и снова целуя Лорел.

В ее крови стучало такое же дикое желание, он чувствовал это в каждом ее вздохе, в том, как жадно она отвечала на его поцелуи. Но потом она попыталась отстраниться от него, видимо напуганная водоворотом страсти, готовым поглотить их обоих.

Черт, он не мог винить ее за это. Что-то происходило между ними, что-то, чего он не мог объяснить. Он был уверен только в одном: это слишком сильное, слишком властное, какое-то первозданное влечение одолеть невозможно. Он бы скорее согласился умереть, чем остановить эти минуты.

Он чуть не овладел ею несколько мгновений тому назад, когда она застонала, отдаваясь его прикосновениям и ласкам.