Мою усмешку папаша проигнорировал с заметным усилием.
— Мили, ты не задумывалась, что герцог просто дурит тебя? Использует в своей игре, и выбросит, когда ты выполнишь свою роль до конца?
Я усмехнулась. Надо признать, отчасти папаша прав — герцог преследует свои интересы, и для меня участие в его игре может иметь летальный исход. Однако… Я могу либо полагаться только на себя, либо сотрудничать с герцогом, и пока что забота Ирсена превышает все мои самые смелые ожидания.
— Барон, состоится наша с герцогом свадьба или нет, это одно.
Лишусь я его поддержки или нет, это другое. Не находите?
Барон налился привычной краснотой, и я всерьёз подумала, не посоветовать ли ему пригласить целителя. Будет обидно, если папаша склеит ласты прежде, чем я разберусь, откуда у него столько ненависти к родной дочери. И ещё. Молодая женщина, достаточно состоятельная, чтобы оплачивать услуги магов жизни, умирает от болезни. От болезни ли? Кто как не барон может знать, что на самом деле случилось с его первой женой, матерью Милимаи.
"
"Мачеха принялась успокаивающе гладить барона по руке, голос подала старшая из сестёр:
— Мили, ты говоришь странно. Ты ведь сама признала, что можешь перестать быть невестой герцога. Но твоё положение дочери рода Дарс неизменно, поэтому родительская семья — вот та сила, на которую следует полагаться и до замужества, и после.
Я аж умилилась. Либо девочка реально не понимает, что советует, либо настолько бездарно кусается, что это смешно.
— Дорогая, я полагалась на отца, но эта семья отправила меня в заброшенный дом умирать от голода. И если бы не деньги герцога, я была бы уже мертва. Так на кого стоит полагаться?
Девочка «зависла», даже вилку с наколотым кусочком творожной запеканки до рта не донесла, так и застыла на середине движения.
— Ты! — папаша грохнул кулаком по столу.
— Барон, где ваши манеры? — удивилась я. — Как думаете, что будет, если я поведу себя также во время обеда во дворце и скажу царосу, что это вы меня научили?
— Мили, тебе никто не поверит, — быстро сказала мачеха.
— Фамиан, прошу, не злись. Мили ещё слишком молода, чтобы осознать.
— Пфф! Мили слишком много о себе думает, — барон выдохнул и взялся за приборы с таким остервенением, что я заподозрила, что в мыслях он режет меня, а не запеканку. — Похоже, она не понимает, что герцог отнюдь не всесилен, и что есть те, кто способен противостоять ему на равных. Эти люди против его брака.
