Невеста со скальпелем 2

Единорожка спрыгнул на пол, и жрица поспешно потянулась к нему, но Сахарок дёрнул передним копытцем будто воду стряхивал, и жрица замерла. Сахарок посмотрел на неё с некоторым сомнением, будто заново оценивал. Жрица почему-то дрогнула. Сахарок картинно закатил глаза, а затем направил на жрицу острие рога.

Что было дальше, я не увидела, Сахарка и жрицу скрыла непроглядная медовая пелена. Я почувствовала на языке сладость. Не зря я единорожку Сахарком зову. Когда я придумала это прозвище, я думала о белизне его шерсти, а угадала невероятно точно.

Пелена стянулась к жрице, и осталась на её шее двумя нитками янтарных бус. На пол посыпались невесть откуда взявшиеся древесные листья, стебли травы, цветы. И без того жухлые растения стремительно засыхали, скрючивались, чернели. Повеяло тленом.

Засох цветок в вазоне.

— З-зачем?

Я впервые услышала голос жрицы. Разве она может говорить? Нет, не так. Что только что случилось, раз она заговорила? Жрица села, а скорее, упала на пол, будто ноги ей отказали, и замотала головой.

Сахарок привычно фыркнул, приблизился к ней и лизнул ладонь.

Жрица всхлипнула:

— Не надо…

Не хочется портить момент, но, всё-таки, что происходит? Я вопросительно посмотрела на Ёна, однако он не ответил, даже знака никакого не подал. Придётся смириться с временным неведением.

Сахарок подтолкнул жрицу, явно требуя, чтобы она поднялась. Мне показалось, жрица подчинилась по привычке, а не по собственному желанию. Сахарок поднялся на задние ноги и вновь лизнул её руку.

На миг жрица обернулась, мы встретились взглядами. Она явно хотела что-то сказать, даже приоткрыла рот, но в последний момент передумала и отвернулась, скопившаяся в уголке глаза влага крупной каплей потекла по щеке.

— Спасибо, — улыбнулась жрица.

Сахарок насмешливо фыркнул и прыгнул. Воздух внезапно обрёл плотность, словно его раздвинули в стороны, я увидела изогнувшийся, ведущий в неизвестность коридор. Сахарок ступил в переход первым, жрица последовала за ним. Воздух задрожал и с тихим хлопком заполнил пустоту.

— Эм? Ён?

— Госпожа, я не слишком много знаю о Тишине Лета. Жрицы, вступая на остров, приносят обед молчания, до тех пор, пока не получат освобождение… Простите, я некомпетентен.

— Всё в порядке.

Потом уточню. Скорее всего, Сахарок отпустил жрицу. Потому что она ему больше не нужна? Или потому что он боится за её жизнь? Сахарок открывается с новой стороны.

Пока я осмысляла произошедшее, воздушный коридор снова открылся.