Невеста сына (СИ)

Потом как-то неуверенно начала:

- Ты знаешь, Павел Всеволодович...

- ЧТО? - не выдержал Паша.

- Ничего, - проговорил тот. - То, что тебя интересовало. Там отбились по всем статьям. Счета разблокировали, еще извинения приносить пришлось.

С минуту Павел молчал, осмысливая. Молчал и злился, просто доходил от злости. Кому, интересно, дала эту сссука, его бывшая жена, что все вопросы решились так просто?! А, как это вымораживало его.

Но ничего. По-другому прижмем ей хвост.

Вслух он сказал:

- Спасибо тебе за информацию.

Бывай.

И отключился.

Некоторое время сидел, опираясь подбородком на сцепленные вместе ладони. Потом набрал другой контакт. Здесь было без особых проблем. Достаточное количество акций скупить удалось, правда, село все дороже, чем он рассчитывал. Дерьмо! - выругался он мысленно. Однако, стоило представить, как его бывшую перекосит, когда она на общем собрании акционеров увидит Наташу, обкаканное настроение выправилось.

Теперь надо было еще по-умному оформить временное доверительное управление бездокументарных ценных бумаг передаваемое разными лицами.

Чтобы номинально пакет был оформлен на Наташу, а по факту оставались в его распоряжении. Те несколько лиц, которым было поручено скупить акции у мельких собственников, принадлежали ему с потрохами. За это Павел был спокоен, он мог в любой момент прижать их всех.

Сейчас уже был вечер, но он сделал еще несколько звонков. Озадачил. Остальное все отложилось на завтрашний день.

Сделал много, а все равно было ощущение незаконченности. Когда в какой-то момент просто прекратил все волевым усилием и поехал домой, было уже довольно поздно.

***"

"У Владимира Иевлева тоже достаточно хлопотно прошел вечер. Было несколько встреч, одна с доверенным, который доставил первые сведения. Как он и ожидал, новости оказались разгромные, но Владимир все это пока придержал. Сделал дополнительный денежный перевод и дал распоряжение искать в этом направлении дальше.

После этого он съездил на вокзал.

Встречал женщину. Она была его ровесницей, но выглядела изможденной. В лице какая-то особая печать, которая ложится на всех, кто пережил душевную травму или побывал в местах не столь отдаленных. Увидев его на перроне, женщина прослезилась. Владимир даже спросил:

- Не передумала?

- Нет, - она качнула головой.

Тогда он сказал:

- Хорошо, пока отдыхай, я наберу, когда будет нужно.

Потом он отвез ее в гостиницу.