Невеста трех женихов

Правда, долго размышлять о соотношении супружеских сил в мужней семье ей не пришлось. Гости заняли свои места в огромном зале с мраморными полами, колоннами и прекрасными старинными картинами на стенах. Удивительно, что такой величины и богатства зал принадлежал одной семье в их семейном жилом доме. Впрочем, и дом походил скорее на дворец.

– Ты молодец, круто попала, – немедленно оценила по достоинству внимательная к земным благам Ася. – Повезло.

– А мне-то что? – шепнула ей Светка. – Это не мое.

– Ну, детям достанется, – тихо, но энергично парировала рациональная подруга, сохраняя на лице выражение лучезарной и безмятежной улыбки.

Гостей собралось немного. С итальянской стороны – только родня, человек десять, не более. Света очень надеялась познакомиться с друзьями Марио, завязать с ними дружеские отношения, но молодых людей среди собравшихся не было. Значит, правду он поведал ей как-то, посетовав на полное отсутствие друзей из-за нехватки времени. Она тогда не поверила: как это так – не найти минутку для друзей.

Начался предсвадебный обряд. Для начала подруги изобразили беззаботное девичье времяпрепровождение: взялись за руки, повели хоровод с веселыми песнями. Они пока всего лишь распевались, но гости с первой минуты явно впечатлились. Итальянцы, столь падкие на красоту внешнего облика, и не могли реагировать иначе. Но и русская публика, Светина родня, явно не ожидала от девушек подобного представления.

Вот кончились девичьи хороводы. Света повернулась к Инке и Асе, собралась с духом, настроилась внутренне на горестный невестинский плач и завела:

Итальянская публика вглядывалась в листочки с переводом, кивали, мол, понимают, об чем печаль.

Подруги утешали, как могли, подпевали, но невесте полагалось непрестанно причитать. Светка постепенно входила в роль. Повернувшись к гордым своим родителям, она внятно и пронзительно заголосила:

Краем глаза она заметила, как опечалилась ее мама, как удивленно, во все глаза смотрел на нее Егорка, братец.

Подруги тем временем усадили ее на старинный дубовый стул с резными ножками и принялись расплетать ее косу, вторя печальными голосами готовящейся к новой жизни безутешной невесте. Вот уже и ленты выплетены из длинной русой косы.