Невеста в гробу

Скоро там вообще этот лес? Мне хотелось поскорее отделаться от Наперстянки.

— Но ты должна! — возмутилась та, отчего моя злость сделалась почти осязаемой. В закрытой повозке заметно похолодало. Чича перестал смеяться, а Апфель просто сделал вид, что умер. Очень удобно, когда никто не видит твоего лица, надо запомнить, вдруг пригодится!

— Ты можешь стать его любовницей, — продолжала Наперстянка, не замечая того, как холодает. Я-то видела, что под низкой крышей повозки собираются тучи, но эльфийка ничего не замечала.

— Ты ведь всё равно не можешь выйти замуж, я помню, как ты прокляла сама себя. В результате мы с Дарреном будем во дворце, а там…

— Ты забываешься, — злость охватила меня всю. — Ты определённо забыла, с кем разговариваешь, эльфийка.

Порыв ветра прибил болтунью к стенке, и она с клацаньем закрыла рот. Глаза её забегали.

— Ну, ты королева, — зачастила она. — Но королевам можно иметь любовников, я читала. Разводиться в Калегосии нельзя, но любовников заводить можно!

Мне стало так противно, что я отвернулась.

Неудивительно, что родители Викуэля отравили Софи. Если вот это — его любимая сестра, то я не хочу знать, каковы не любимые.

— Выбросить её из повозки, моя королева? — спросил Чича.

— Эй, это, вообще-то, мои слова, я должен защищать королеву! — неожиданно для нас всех очнулся Апфель.

— Успокойтесь оба, — повысила я голос. — Я могу выкинуть хоть вас всех разом!

Небольшая молния громыхнула над нами. Она была крошечная для молнии, но для повозки она была перебором.

Обладатель металлической головы Апфель снова замер словно мёртвый и правильно. Молния вам не заклинание — долбанёт так, что потом мозги будет от внутренней стороны головы отскребать. И уж точно никто из них не ожидал грозы зимой. Отвыкли, что это не зависит от времени года.

— Я не только королева, — продолжила я неприятно мягким голосом. — Я ведьма. Я медиум. И самое главное. Я Иссабелия, бывшая Астаросской. Я выросла в инквизиторском государстве. Клеопатра Варханке — моя бабушка.

Ясно тебе, эльфийка?

Видимо, голос и впрямь получился неприятным, потому что Наперстянка позеленела, что с красными волосами выглядело просто ужасающе, и чудом не упала в обморок. Но по сидению она всё же сползла."

"— Переведу на тебе понятный язык, — перехватил бразды выступления Чича. — Королева не нуждается в подачках, и вам обоим следует благодарить небо, что она вас не казнила. А уж лезть со своими претензиями — с этим обратись к папаше.