А главное, я абсолютно не представляла, чем это может быть чревато для нашего дома.
Именно потому и состоялся у меня длинный вечерний разговор с Хансом. Агапа, которую я вынуждена была оставить на кухне из-за погоды, взялась перебирать крупу и не мешала нашей беседе.
До этого момента я даже не задумывалась о том, сколько различных церковных конфессий существует. Ханс служил у господина Люке последние восемь лет и в целом был доволен и обращением хозяина, и работой. Только вот теперь господин Брашт переезжал в Северные земли, так как получил там небольшое наследство от дальних родственников.
-- А всем ведомо, госпожа Клэр, что южане строят церкви во славу Воскрешения. Очень у них таких, как я, не любят. Так что, ежли вы меня при замке оставите, только одна благодарность от меня и будет вам.
Как выяснилось из всех этих разговоров, наша церковь называлась Свидетели Рождества. Они не слишком любили братьев Страшного Суда, но прямой вражды не было. И даже посещать прихожанам одной церкви службы в другой дозволялось.
Потому для Ханса гораздо предпочтительнее было остаться здесь, чем ехать с господином Люке.
-- Господин Брашт, конечно, всякую защиту мне обещал. Но в завещании прописано было, что он слуг старых три года выгнать не сможет. Их даже в завещании поименно перечислили: до того прежний их хозяин милостивый был. А самому мне сильно не хочется жить там, где для меня ни одного храма, ни одной близкой души.
В общем-то, эти разногласия шли мне только на пользу.
Но, признаться, такая сильная неприязнь между различными конфессиями меня поразила. Она казалась мне не просто неправильной, а какой-то извращенной. Именно поэтому, уже после отъезда гостей, я полюбопытствовала у барона, и выяснилось, что мои подозрения были абсолютно правильными:
-- Северные земли раньше всего лет двадцать назад, принадлежали другой стране, – барон говорил задумчиво, как бы вспоминая. – Тогда, после войны, король этими землями награждал тех, кто в боях отличился.
Конечно, местным не сильно нравилось присутствие чужаков, и года через три даже восстание там было. Но сейчас уже все утряслось, и люди живут мирно. Но вера у них как была своя, так и осталась. Вроде и не сильно от нашей отличается, но священники между собой сварятся…
***
Ханс, как и обещал, вернулся. Правда, с момента его отъезда прошло почти тридцать дней. Агапа с каждым днем работала все хуже и хуже.
