Лекарь печально вздохнул, перекрестился и добавил:
-- Но вы не волнуйтесь, господин граф, еще в молодости я купил частицу креста Господня, который венчал собой купол церкви при том самом монастыре. Случись нужда, и вы вдруг заболеете, я настругаю немного щепочек с этой благословенной частицы и приготовлю для вас из них целебное питье.
Мне захотелось перекреститься. Не готов я был пить такие лекарства, да и непонятная эпидемия меня пугала.
Тем более, что понятия о дезинфекции здесь не было: днем изредка приезжали королевские курьеры.
Сумку с документами солдаты относили принцу после того, как, нацепив на копье, подержали над открытым костром. Так у его высочества появлялась хоть какая-то работа: он писал ответы.
Остальные же, к сожалению, вынуждены были коротать время до ужина за карточными играми. Хорошо хоть то, что его высочество своей волей запретил на время карантина любые ставки.
Я про себя почти молился, чтобы эпидемия эта не пробралась в замок.
Кто знает, что за жуткая зараза там, за стенами. Многое было непонятно. Особенно то, что в городке больных не было. Хотя курьеры останавливались именно у местных и могли перезаразить вообще всех. Больше всего бесила меня полная беспомощность. Как я могу объяснить принцу про микробы, инфекцию и опасность этих документов? Как запретить усталым гонцам ночевать в городке?
А ночами все чаще мне снилась золотистая искра и звала, манила своим теплом…
Глава 7
До мест, где мы сидели на карантине, волна так и не добралась.
Через некоторое время мы стали позволять себе небольшие вылазки за стены замка. Несколько раз даже организовывали охоту, чтобы пополнить запасы мяса.
Здесь, в этом мире, дичь я пробовал достаточно часто и быстро привык к тому, что мясо ее сильно отличается по вкусу от привычной мне свинины и говядины. Дома, в Беларуси, дичь доводилось есть гораздо реже, но и была она на порядок вкуснее. Ее просто умели правильно готовить.
"
"К третьему месяцу сидения в карантине я озверел настолько, что рискнул полностью нарушить не только все правила этикета, но даже социальные границы. После очередной охоты, когда во дворе сгружали три оленьи туши, я со вздохом и как бы случайно сообщил его высочеству:
-- Эх, какие котлеты делала из оленины одна хорошенькая горожаночка рядом с моим баронством. Признаться, скучаю не столько по ней, сколько по неземному вкусу еды.
