Мучительно подбирая слова, продолжил:"
"– Она была такая… теплая… как солнечный свет, понимаешь? – он с надеждой заглянул мне в глаза, как бы пытаясь понять, верю я ему или нет, и замолчал вспоминая.
Некоторое время я ждала продолжения, но он как будто ушел в себя. Слегка кашлянув, я осторожно спросила:
-- Ну? А дальше-то что?
-- Меня к ней тянуло, понимаешь? Она была совершенно необыкновенная и теплая. И это была ты, Клэр.
Почему-то в это мгновение реальность мира слегка дрогнула, и я каким-то внутренним взором почти увидела две этих летящие рядом искры.
Поверила я ему сразу же. Странный момент проходил, оставляя мне чувство неловкости, как будто я подсмотрела что-то очень важное, но очень личное. Желая преодолеть эту неловкость, я тихо спросила:
-- Но как ты связал меня с этой искрой? Ты же не знал, в какое тело я попаду.
Он чуть удивленно пожал плечами и уже спокойно, не смущаясь и не подбирая слова, ответил:
-- Я узнал тебя сразу же. Как только увидел, так и узнал.
Мне кажется, это было даже до того момента, как ты сказала: «аккуратнее». Я только не очень понимаю, Клэр, для чего высшие силы мне тебя показали. Вряд ли это было из желания сделать меня счастливым. Что-то они от меня хотят, я думаю. Точнее: от нас с тобой…
ОСВАЛЬД
Этот разговор оставил ощущение чего-то глубоко личного, даже интимного. Впрочем, для меня это и было глубоко личным. Главное, что она мне поверила. Не могу объяснить, как именно, но я это почувствовал. Поэтому церемониться больше не стал.
Какие могут быть церемонии, если ближе друг друга у нас все равно здесь никого нет и никогда не будет. Мы с ней свои, а весь мир пока чужой.
Именно сейчас, встретив Искру, я отчетливо понял, что все эти годы просто хорошо отыгрывал свою роль юного и сообразительного карьериста. Ведь за это время у меня не появилось ни друзей, ни женщины, с которой я стал бы действительно близок. Придворный флирт и постельные игрища с местными красотками -- это просто удовлетворение самых примитивных животных инстинктов, не более.
Ну и чуть-чуть служебная надобность. А по сути, эти три года одиночества прошли для меня как дурной сон.
Да, меня порадовало наличие собственных земель. Именно с этого момента я начал просыпаться от внутренней спячки. Все же землю я всегда любил и хозяйственником был крепким. Земля и ее плоды – это то, что придавало смысл моей жизни там, в родном мире. Здесь же, кроме земли появилась еще и Искра.
