Это или ножик, или какой-то острый кусок металла, который он спрятал между периной и стенкой. Спрятал заранее, так как знал, что сам не справится.
У этого открытия были как плохие, так и хорошие стороны, но пока я не могла об этом думать и оценивать здраво. Служанка помогла мне вытереться насухо, подала старенькую и штопаную, но, по крайней мере, чистую и целую сорочку и, сочувственно повздыхав, сказала:
-- Ложитесь-ка спать, баронетта. Завтрева еще дел много, поднимут вас рано.
Она распахнула узкое окно, в комнате их было два, с трудом подняв вверх тяжелую раму.
Подхватив с пола деревянную шайку и выплеснув грязную воду на улицу, задвинула этот тазик снова под стол. Захлопнула окно, задула свечи, оставив гореть только одну. Прихватив пустой кувшин и влажную тряпку, служанка тихо вышла.
Почему-то импотенция мужа меня несколько успокоила. Не то, чтобы я так уж держалась за собственную девственность, и в целом-то пока ничего в моей жизни не изменилась к лучшему.
Но спокойней мне всё же стало: по крайней мере, от этого ублюдка у меня не будет детей. Это уже само по себе подарок судьбы.
Глава 20
Утро началось действительно рано: нас разбудили, как только небо за окном чуть посерело. На столе уже стояла миска с теплой водой. И баронет, прополоскав рот и сплюнув в миску, пару раз плеснул оттуда себе в лицо, вытерся лежащим рядом полотенцем. Потом, отодвинувшись от стола, сиплым спросонья голосом сказал:
-- Теперь можешь ты умыться.
Я так поняла, что умываться мне предлагается той же самой водой, в которой плескался он. От брезгливости меня передернуло, и, встав к столу так, чтобы он не мог видеть, что я делаю, я поплескала в воде кончики пальцев. Впрочем, больше он не обращал на меня внимания. И я, вытершись о край полотенца, растерянно села на стул. Мою одежду унесли вчера, и я не знала, что делать дальше. Муж одевался молча. А мне пришла помогать Нина. Она принесла одежду, которая, как я думаю, принадлежала прежней Клэр и хранилась в том самом сундуке с приданым: чистая сорочка, белая простая блуза без всяких украшений и некое подобие сарафана без лямок, который шнуровался на спине.
Свекровь и барон уже ждали нас за столом. На завтрак подали остатки вчерашнего пиршества. На столе стояла и целая тарелка с тремя крупными рыбинами, и порезанная на части разогретая курица, и еще какие-то блюда. Но передо мной лежал только ломоть хлеба.
