Невестка слепого барона (СИ)

Я отсчитала горничной обещанный ей процент и, накинув медяшку за старание, отправила отогреваться на кухню. Маленькая пакость, которую я устроила сегодня матери настоятельнице, слегка грела душу. Потому к себе в комнату я вернулась с улыбкой. Там меня уже дожидалась госпожа Краузе. Я слегка удивилась: ведь утром я навещала ее и узнавала, как дела у раненых.

— Госпожа графиня, меня к вам барон отправил. Спрашивал, не найдется ли у вас времени навестить его.

— Если вы, госпожа Краузе, разрешите, я с удовольствием с ним побеседую.

— Пожалуй, уже и можно, – с некоторым сомнением в голосе произнесла компаньонка. – Господин барон сегодня даже с кровати вставал после обеда и по комнате прошелся. Только помните, госпожа, что устает он быстро, а переутомляться ему сейчас никак нельзя."

"Посоветовавшись с компаньонкой, я решила, что барона можно перевести в отдельные покои. Он уже не требовал сиюсекундного присмотра, да и рана почти зарубцевалась. Так что отправила горничных подготовить гостевую комнату и проверить, хорошо ли она протоплена.

Попросила подать туда фруктовый взвар, мед и булочки. Всю эту еду госпожа Краузе одобрила, а мне хотелось отвлечь старика хоть немного: я понимала, что беседа будет очень нелегкой. Похоже, он так же, как и я, подозревал свою жену в темных делишках.

Примерно через час ко мне постучал лакей и сообщил, что господин барон ждет меня.

Гостевая, отведенная барону, была невелика, зато ярко освещена пламенем камина. В комнате было не просто тепло, а, пожалуй, даже жарко, но я видела, что старик кутается в плед.

Когда я вошла, он устало вздохнул и попытался подняться с кресла.

— Сидите, господин барон. Ни к чему нам эти придворные экивоки. Лучше скажите мне: как вы себя чувствуете?

— Я благодарен вам, госпожа графиня…

— Не нужно так. Вы можете по-прежнему меня звать Клэр, – я взяла слабую сухую руку с холодными пальцами и начала ласково растирать, пытаясь хоть немного согреть её. Он все еще был бледен, так как потерял достаточно много крови и именно поэтому мерз.

Некоторое время мы сидели у огня молча и слушали, как потрескивают поленья. Пальцы его стали теплее, и я взялась массировать другую руку. Я ожидала, что через некоторое время мы сядем за стол, я разолью чай, и мы спокойно поговорим. Но барон разорвал возникшую тишину самой неожиданной фразой, которую я даже не сразу поняла.

— Думаю, Рудольф не был моим сыном.

— Что, простите?! – в первое мгновение я решила, что мне послышалось.