Но… люди столько не живут!
— Люди — да, но он был полуэльфом, женился на эльфийке. Его сыну было чуть больше ста лет, для того, кто является эльфом на три четверти, это еще даже не старость.
— Было? — уточнил дедушка."
"— Его тело оказалось среди тех, кто погиб у озера от собственной магии. Как и владыка. Оба были очень сильными магами и находились в первых рядах тех, кто мешал тебе, Рик, выбраться из пещеры. Первыми и получили рикошет.
Я довольно улыбнулась, едва удержавшись, чтобы ладошки не потереть.
Никакого, даже самого крохотного сожаления о том, что эти нелюди умерли от моей… нет, не руки. Но даже будь эта парочка среди тех, кого я лишила жизни собственноручно, я бы не стала переживать и раскаиваться. На войне как на войне. И начала эту войну не я.
— Но я никогда не рассказывал Форбесу, как можно убить дракона, — нахмурился Килиан. — И никогда не видел его сына.
— Когда вы перестали общаться? — спросил Унрек.
— Первые годы после его отъезда к деду я навещал его.
Не часто, но регулярно. Всё же, как бы я ни относился к его матери, ребёнок был не виноват, я растил его, заботился, обеспечивал. Но со временем наше общение сошло на нет. Дед официально усыновил его, у Форбеса появились новые друзья, не знавшие о его происхождении. И когда я навестил его в академии, он представил меня сокурсникам как знакомого своего отца, заехавшего по его просьбе передать подарки ко дню рождения. А меня попросил больше не появляться, чтобы не портить ему репутацию.
Я и не появлялся. Ещё какое-то время отсылал подарки, но после того, как мне вернули их нераспакованными, я перестал это делать. Связь оборвалась окончательно. С его матерью мы к тому времени тоже уже не общались, так что… О его сыне я даже не слышал.
— Понятно, — кивнул ректор. — Он старался всячески отстраниться от своего прошлого, но сыну всё же рассказал. Теперь уже не узнать, что это была за беседа, и в каком именно ключе — оба уже мертвы, не расспросишь, — но как минимум об озере Форбес сыну рассказал.
Как узнал — тоже тайна, покрытая мраком, но если не сказал ты, это не значит, что не говорил никто другой. Главное — мракобесы узнали. И воспользовались. Габриель планировалась как приманка с самого своего появления, как только стало понятно, насколько она для тебя важна как якорь.
— Хорошо, что им самим я тоже как якорь понадобилась. Мы хотя бы предателя вычислили — я про фальшивую Мабеллу.
