Скажи, отчего ты ранен и требуешь заботы и ухода? — забирая пустой стакан, задала я вроде бы странный вопрос.
— Мракобесы заманили меня в озеро с кислотой, — с удивлением глядя на меня, послушно ответил Рик.
— А зачем ты туда полез?
— Я думал — там ты, — дракон смотрел непонимающе. Мол, зачем спрашивать о том, что прекрасно известно. Но я не унималась.
— Ты знал, что это озеро может тебя убить?
— Знал, — насупился дракон.
— И всё равно полез?
— Я думал, что ты там! — повторил Рик с расстановкой.
— Я как-то пострадала, спасая тебя? — продолжала я допрос.
— Нет. Кажется, нет. Не пострадала? — заволновался дракон.
— Нет, — успокоила я его. — Пострадал лишь ты. Итак, делаем вывод. Ты знал, что кислота для тебя смертельна, но всё равно полез меня спасать. Ты едва не погиб, но ринулся в озеро, не раздумывая. Ты мой герой! Спаситель. И ты должен гордиться этим, а не испытывать неловкость. Твои раны — это знаки доблести.
— Ну, если посмотреть с такой стороны… — растерянно пробормотал мужчина.
— Только с этой и нужно смотреть. А теперь спи, — я поцеловала своего дракона в лоб, чувствуя щемящую нежность к этому сильному мужчине, которого так тяготит его временная беспомощность. — Пока спишь — выздоравливаешь. А я буду рядом. Только иглу промою, она мне еще пригодится.
Вернувшись из ванной, обнаружила дракона спящим. Бедняга, как же он измучился, хотя и бодрился, но всё равно ведь ещё толком не выздоровел. Переодевшись в свою ночную футболку — снова чистую и целую, — я улеглась с другой стороны огромной кровати.
Включила будильник и тут же уснула.
Дважды за ночь я просыпалась под тихую мелодию, поила полусонного дракона кровью и снова проваливалась в сон. А в третий раз меня разбудил вовсе не будильник.
А нежные поцелуи.
ГЛАВА 33. ГОСТИ
День двенадцатый
Поцелуи были совсем лёгкие, невесомые и невероятно нежные. Чьи-то губы — хотя, что значит «чьи-то», я эти губы узнаю где и когда угодно, а не только в полусне, — осторожно путешествовали по моему лицу.
Лоб, скула, щека, уголок глаза, ухо — всё, что было доступно. В какой-то момент они перешли на плечо, торчащее из-под покрывала, обцеловали его и вновь вернулись к лицу.
Не открывая глаз, я тихонько замурлыкала от удовольствия.
— Я не хотел тебя будить, — шепнул Рик, целуя и легонько прихватывая губами мочку моего уха, — но ты лежала такая милая, такая прекрасная и непередаваемо манящая, что я не удержался.
