Невидимые тени

События последних дней настолько выбили ее из колеи, настолько не вписывались в тот жизненный ритм, который она тщательно выстраивала долгое время, что Майя словно замерла, пытаясь уловить биение нового ритма, приспособиться к стремительным изменениям. Вокруг нее были люди, которые вдруг ни с того, ни с сего принялись помогать ей в беде – беспокоились о ней, искренне сопереживали, всячески пытались поддержать и утешить, и в итоге – спасли ей жизнь. Ничего не требуя и не ожидая взамен, просто потому, что по-другому не могут.

И она замкнулась, стараясь осмыслить эту новую жизнь, приноровиться к ней, но получался какой-то сумбур: с одной стороны, ей хотелось вернуть прежнюю, понятную, ею самой построенную жизнь, где она ни на кого не рассчитывала и ни к кому не привязывалась. Но после того, как эти люди ворвались в ее жизнь – или она вошла в их жизнь, таща за собой ворох своих проблем, она поняла: возврата к прежнему не будет. Не станет она больше мести дворы, и не потому, что корона на голове засияла с новой силой, а потому что этот этап ее биографии закончился.

Ну не сможет она взять и просто забыть светлый бесхитростный взгляд Ники, и по-матерински заботливую Стефанию Романовну, и Пашу Олешко, такого непростого и настоящего – он тоже стал вдруг близким, хоть не совсем понятным, как и Панфиловы, словно скроенные по одному образцу, но оба искренние.

И Максим. Майя поглядывает на него, когда он не видит. И понимает, что этот мужчина теперь принадлежит ей – пусть все у них только начинается, они будут узнавать друг друга и проживут рядом оставшуюся жизнь.

Майя хочет видеть именно этого мужчину рядом – с его бытовой беспомощностью, искренней улыбкой и упрямством, он стал вдруг нужен ей, и ее ладонь в его руке согревается. Встретившись с Максимом взглядом, она спешит опустить ресницы – после смерти Леонида она даже не думала о новых отношениях. Она представить себе не могла, что может быть на свете другой мужчина, который вызовет у нее такое же восхищение и уважение. Максим не похож на Леонида, и вместо восхищения он вызывает у Майи чувство невероятной нежности, и это так необычно и хорошо, что отказаться от этого просто невозможно.

Направляясь в дом Панфиловых, Майя думает о том, что это как-то неправильно – она чужая им всем, а они, бросив свои дела, занимаются ее проблемами, хотя она им никто, и с Максимом еще неизвестно, получится ли, и вообще… Она боится, что сейчас станет центром их внимания, и не знает, как сможет это вынести.