– Коллекция папоротников у нас не так обширна, но есть несколько экземпляров.
Амалия замерла перед роскошным растением, о красоте резных листьев которого только что рассказывала принцу. Тот оставил её полюбоваться, а сам куда-то исчез. Вернулся через пару минут с садовыми ножницами и срезал один из листов.
– Хотел подарить розы, но вижу, ваше сердце покорено другим растением, – он протянул ей лист с улыбкой: – ещё никогда не приходилось преподносить леди подобный букет. Нравится?
– Да, Ваше Высочество, благодарю! Папоротник не только красив.
Он обладает целебными свойствами. Если высушенный лист растереть в порошок и добавить пару капель ядовитой воды из проклятых пустынных колодцев, то получится прекрасное средство, останавливающее кровь и заживляющее раны.
– Вы разбираетесь в аптекарском деле?
– Да. В пансионе меня обучили работе со снадобьями.
– Арабель оказалась права. Вам удалось меня удивить. И не раз.
Это был уже не первый комплимент от Себастина. Амалию, конечно, смущало его внимание, его заинтересованность и участие, но не настолько, чтобы покрываться толстым слоем краски и робеть до потери способности говорить.
Старший принц, унаследовавший от отца степенность, рассудительность и серьёзность, не вызывал того смятения, которое охватывало Амалию, когда приходилось общаться с таким циничным мужчиной, как Маркель. Она сама не заметила, как застенчивость сдала позиции. Но это Амалия ещё не знала, что Себастин скажет дальше. Как собьётся её дыхание, как бешено начнёт выстукивать сердце, как суматошно и отчаянно замельтешат мысли в голове.
"
"Полчаса прогулки подходили к концу. Принц вёл на выход из зимнего сада.
– Пришло время и мне удивить вас, Амалия… – произнёс он невозмутимо, но очень тихо.
И в этом снизившемся тоне голоса ей послышалось что-то тревожное. Именно следующая фраза Себастина и стала теми словами, которые выбили почву из-под ног, скрутили всё естество, чуть не лишив чувств…
Глава 19. Никому не скажу
Маркель стоял недалеко от входа в зимний сад, прислонившись спиной к колонне.
Раздражение, гнев, смутное беспокойство и ещё с десяток не самых приятных чувств слились в одно – нетерпение. Он ждал, когда уже Себастин наконец-то отпустит Амалию. Ему нужно было поговорить с братом – убедиться, что девчонка тому не понравилась. И как только Маркель услышит эти заветные слова о том, что Себастин принял решение отправить Амалию назад – в Шерстон, у него камень с души упадёт.
