Невинная для миллиардера (СИ)

Римма, мой парикмахер, сделала из моих взъерошенных золотистых волос легкие волны.

Когда мои приготовления к обеду были закончены, я снова направилась к двери, заахватя Евгения с собой.

Обед был душевным, хотя и немного скучноватым. На самом деле с моей свекровью было приятно проводить время. Она оказалась дружелюбным, близким мне по духу человеком. Я всегда испытывала облегчение, когда узнавала, что она будет на каком-нибудь мероприятии.

Она была прекрасной женщиной, бывшей моделью и актрисой, которая и по сей день поддерживает себя в форме.

Ее густые темные волосы были собраны сзади в пучок, который мог бы состарить другую женщину, но в ее случае только подчеркивал безупречную фигуру и бледно-серые глаза. Боже, какая она женственная и элегантная!

На ней было приталенное кремовое платье, из-за которого могло показаться, что мы согласовали наши наряды.

Насколько я знала, так оно и было.

Мы обнялись, поцеловали друг друга в щеки и на три часа сели притворяться, что едим. Чем мы занимались, пока делали вид, что едим? Планировали аукцион для Фонда Ольховских — благотворительной организации, которую моя свекровь сама основала двадцать пять лет назад.

Это была многопрофильная благотворительная организация, но большая часть денег перечислялась на исследования рака.

После обеда я сразу же отправилась на фотосессию. Я несколько часов позировала в коричневых замшевых сапогах до бедер и кремовом кашемировом свитере, затем вернулась домой, подготовилась к торжественному мероприятию и снова отправилась в путь.

Занята, занята, снова занята — именно так выглядел мой распорядок дня. И это мне нравилось.

Я столкнулась с родителями моего мужа на торжественном приеме. Нас сфотографировали вместе, и я задалась вопросом, когда же журналисты начнут муссировать вопрос, что новая жена Максима Ольховского никогда не появляется на публике со своим мужем.

— Ты, как всегда, прекрасно выглядишь, — сказал мне мой свекор после того, как нас сфотографировали для какого-то журнала.

Он всегда выглядел таким суровым, что, даже когда говорил комплименты, это выходило холодно. Но мне показалось, что я почувствовала в нем перемену. Я не была уверена, выдавала ли я желаемое за действительное, но я чувствовала, что с каждой встречей он все больше привязывается ко мне.

— Вы мне льстите, — застенчиво сказала я ему.

— Вовсе нет, — заметил он в ответ, и его смуглое лицо стало немного темнее, когда он покраснел.