Невинная для миллиардера (СИ)

Серега сидел, повернувшись в противоположную от меня сторону.

Я беспокойно пожал обоими плечами.

— Она взрослая. Она может за себя постоять.

— Надеюсь, ей не придется этого делать, — заметил он.

Я ничего не ответил на это. Я не знал, что и думать. Все, что я чувствовал в последнее время, не имело ни малейшего смысла.

— Что ты видишь, когда смотришь на нее? — спросил я его. Сергей сидел ко мне спиной, но я знал, что он смотрит на несравненное великолепное создание, на котором я женат.

Мой лучший друг выглядел явно смущенным.

Я рассмеялся, и на самом деле это был не горький, а веселый смех.

— Смотри глубже. Давай, говори откровенно.

— Невероятно красивую. Секс-бомбу. Ирину Шейк и Анджелину Джоли в одном флаконе.

— Когда я смотрю на эту женщину, я вижу лучший секс в твоей жизни, счастливый ты гад. Как тебе это?

Настала моя очередь выглядеть смущенным. Мы всегда были честны друг с другом. Это была одна из причин, по которой мы оставались друзьями с самого детства.

— Да, конечно, она красивая. Но знаешь, что я вижу, когда смотрю на нее?

— Свою гибель.

— Тиран — это твой отец?

— Какого хрена тебя это волнует? — резко спросил он.

— Какого хрена тебя волнует, что думает твой отец? Ты всегда воюешь с ним, причем тут эта бедняжка? Да, твой отец, может быть, тиран, но она-то причем.

«Она просто шлюха», — подумал я, но не сказал этого вслух. Одно дело, когда я так думал, но никто другой не имел такой привилегии.

— Она не тиран, — согласился я. Меня удивило, сколько усилий мне потребовалось, чтобы выдавить из себя следующие слова. — У тиранов есть мозги, право голоса и выбор. Она продала все это. Ты знаешь, кто она такая?

Он смотрел на меня с широко раскрытыми глазами, его взгляд говорил: «Что ты, черт возьми, несешь?»

Я сам ответил на свой вопрос.

— Она — произведение искусства, которое мой отец купил для меня, чтобы я регулярно трахался. Дорогая надувная кукла. Великолепный, мать твою, контейнер для спермы. Она — моя личная шлюха.

— Максим, прекрати, — очень осторожно сказала моя жена.

Я обернулся. Она стояла прямо там. Мне было интересно, что именно она услышала. Я почувствовал, как краска вины заливает мои щеки, но быстро убедил себя, что мне все равно. Она заслужила услышать все, что я сказал.