Невинная для миллиардера (СИ)

Останавливаться было нельзя. Мне нужно было больше.

Я приняла его толстую длину до самого корня. На этот раз боли не было, только восхитительное, ошеломляющее, мучительное растяжение.

Этого было почти слишком много и в то же время вполне достаточно.

— Да, — сказал он, его глубокий голос был охрипшим от восхитительной муки. — Я ждал, когда смогу снова оказаться внутри тебя.

Его пьянящие слова и то, как именно он их произнес, несомненно, льстили мне. Я была в шоке. Для меня было новостью, что он думал обо мне с нашей первой брачной ночи.

Он начал двигаться, не вытаскивая член, ощупывая меня, массируя сладко-нежное местечко внутри меня, о существовании которого я даже не подозревала. Но он знал. Он прокладывал себе путь внутрь меня так, словно это было в порядке вещей, как будто он был там не один раз, а тысячу.

Мои ногти впились в простыни, мои ноги естественно обвились вокруг его бедер.

— Ты готова? — выдохнул он, уткнувшись в мою кожу.

— Да, продолжай, — фыркнула я в ответ.

— Продолжать? Я еще даже не начинал.

И с этими словами он начал трахать меня. Это был всего лишь мой второй раз, но он не был нежен со мной.

В точности до наоборот.

Его твердый член пригвоздил меня прямо к матрасу.

Это был рай. Это был ад. Я была потрясена.

Оказывается, мне нравилось трахаться. Я отдавалась процессу, как прирожденная шлюха. О, какая чудесная, горькая ирония судьбы! Как только он начал, он не останавливался ни на секунду.

Он имел меня в неумолимом темпе. В идеальном, яростном, невероятном. Плоть билась о плоть.

Он трахал меня жестко, сосредоточенно, филигранно. Это было искусство. Это была поэзия. Это было творчество. Извращенный хаос в идеальном порядке. Это было чудо природы и унижение человечества.

О, мое тело. Тогда я попрощалась с ним. Он забрал его. Теперь я действительно принадлежала ему не только по закону, но и на самом деле. Мне казалось, что мы нашли уединенный уголок рая только для нас двоих.

Он схватил меня за бедра и наклонил под таким углом, что головка его члена терлась о мой клитор.

Его бедра вздрагивали, когда он входил и выходил, входил и выходил, его толстая длина то оказывалась у самого моего выхода, то погружалась в меня по самые яйца. Быстро. Бешено. Неистово.

Каждое его движение, казалось, было продуманным и отрепетированным.

Он называл меня шлюхой, но сам трахался так, словно это была его работа. Цель всей его жизни.