Например, у нас есть потенциал для продвижения линейки шоколада как подарочного сегмента, особенно с акцентом на индивидуальные дизайны упаковок. Это может привлечь дополнительную аудиторию, особенно в праздничные периоды.
Алиса слушала внимательно, изредка кивая. Я продолжила, рассказав о преимуществах конкурентов, их маркетинговых приёмах и возможностях для нашей компании.
— У тебя есть конкретные предложения? — спросила она, склонив голову набок.
— Да, — ответила я и представила несколько идей.
Когда я закончила, Алиса неожиданно улыбнулась — нешироко, но тепло.
— Хорошая работа, Вика, — сказала она. — Чувствуется, что ты подошла к делу с интересом и вдумчиво. Продолжай в том же духе.
Я чуть не открыла рот от удивления.
Похвала? От Алисы Владимировны?
Я этого ну никак не ожидала!
— Спасибо, — пробормотала я, чувствуя, как внутри разливается тепло.
— Знаешь, — неожиданно сказала она, откладывая бумаги в сторону и пристально глядя на меня, — я хочу поговорить с тобой о личном.
Я напряглась, не понимая, куда она клонит, но её голос звучал не так, как обычно. Он был мягче, и в нём сквозило нечто похожее на сожаление.
— Вик, — начала она, — я не желаю тебе зла. Но я вижу, как ты общаешься с Владиславом Сергеевичем, и должна тебя предупредить: будь осторожна.
Я растерянно посмотрела на неё, чувствуя, как сердце учащенно забилось.
— Алиса Владимировна, я не совсем понимаю…
— Понимаешь, — перебила она. — Он бабник. Сердцеед. Умеет красиво говорить, ухаживать, заботиться.
Он точно знает как девушке, которую ему приспичило трахнуть, запудрить мозги, а потом делать с ней всё, что захочет, где захочет и когда. Захочет в его кабинете на столе, значит так и будет. Захочет в машине или в джакузи…
Я бросила на нее хмурый взгляд.
В джакузи?
Вот чёрт!
— Но всё это продлится до тех пор, пока ты ему не надоешь, — словно не заметив моей реакции, продолжила она. — Поверь, я знаю, о чем говорю. Со мной это уже случилось.
Ее слова звучали с нотками горечи и обиды.
И тут меня медленно накрыл шок.
Передо мной сейчас сидела не привычная дерзкая львица, а несчастная женщина с разбитым сердцем.
— Он был со мной, Вик, — продолжила она, опустив взгляд. — Говорил те же слова, что, возможно, говорит тебе. Что я ему нужна, что он с ума по мне сходит, что никогда не отпустит, а я верила. А потом он просто сказал, что между нами всё кончено. Я надоела ему, и он спокойно переключился на другую.
Я нервно сглотнула.
